Императрица не случайно его берегла. А там посмотрим. Замок деда — хоть какая-то зацепка для меня в мире. Куда еще мне идти?
— Да куда угодно. Туда, где нас точно не поймают. Я вот всю жизнь мечтал посмотреть на Южные и Северные Пустоши, узнать, что прячут жрецы за недоступными даже нам пределами.
— Проверяешь, не лишился ли я еще и ума, а не только памяти? — обиделся я. — Если они там что-то прячут, то и охрану поставили, не дай Эйне. И это ты называешь "точно не поймают"?
Ринхорт засмеялся:
— Да, это я так, помечтал. Как узнал об этой тайне, так она мне покоя не дает. Гончары не только нас, они и людей туда близко не пускают. Да те и сами в лютый холод не полезут. Нам-то не страшно, но рабам и мечтать было нечего. А тут такая возможность воспользоваться свободой! — он сделал выжидающую паузу, но я не купился. После тяжко ржавого вздоха и сетований на излишнее благоразумие — это он обо мне, угу — неоперившейся молодежи поступило еще одно предложение: — Есть еще Серые Пески. Говорят, в пустыне на материке Хронг, если преодолеть горы и пойти на восток, есть место, где песок превращается в каменную реку, и за ней находится вход в Царствие Небесное.
— Ага, сейчас, — заржал я. — И каждому входящему — по короне. Я только что вернулся из одного такого… царствия.
— Какой ты скучный! А вдруг там не еще одни врата к высшим уродам, а настоящий рай для дарэйли?
— Вместе с ангелами — Гончарами? — поднял я бровь.
Мечтательность мгновенно ушла из черных глаз рыцаря.
— Ты прав. В любом случае надо сначала здесь разобраться с ними. Но не вдвоем же, Райтэ!
— У князя Энеарелли есть войско, — напомнил я. — И корабли.
Мой дед когда-то контролировал воды Закатного моря.
— Лучше бы держаться от его войска подальше. Но, раз ты решил, давай дерзнем. Подумаешь, армия, — самонадеянно фыркнул укротитель железа.
Споры спорами, а сидеть здесь и ждать погоню — а ее обязательно отправят, не один же Ринхорт у жрецов в запасе — еще глупее. Будет ли князь Энеарелли мне рад, вопроса даже не стояло: разумеется, нет. Ионт говорил нам с братом, что старик проклял и нас вместе с дочерью, и теперь я просто обязан сказать деду в глаза, как он не прав.
Показавшийся на пригорке монастырь Единого — настоящую крепость с характерными восьмигранными шпилями, венчавшими храмы — мы обогнули, хотя жрать мне хотелось зверски, да и седло я уже искренне ненавидел. О ночлеге в постелях можно было надолго забыть.
Глава 3
Путешествовать с дарэйли металла — сплошное удовольствие, если не считать синяков и порезов от беспощадных тренировок. Ринхорт чувствовал опасность издалека. Как он объяснял — по скоплению сгустков металла и ощущению остроты оружия. И вовремя уходил с тропы вглубь леса — никто без оружия не ходил по тропам взбудораженной империи.






