— Значит, они были слишком самовлюбленные! — возмущенно воскликнула одна из матерей, потому что ее детишки уже беспокойно поглядывали и на нее, и на своего отца.
— Да, они были очень самовлюбленные, поэтому браки среди улинов происходили редко, хотя любовных историй было множество.
— Но все ненадолго, — фыркнула старуха.
— Да, не больше нескольких недель, а бывало, что всего и одну ночь. Хотя иногда — очень редко — связи длились по нескольку лет, так что все-таки некоторое количество маленьких улинов
появлялось на свет, чтобы занять места умерших.
— Неужели драк и убийств было так много? — спросил один из мальчиков, широко распахнув глаза.
— О, этого хватало, можешь не сомневаться, — с горечью покачал головой Манало. — Улины убивали друг дружку во гневе, из-за мести, убивали ради того, чтобы выяснить, кто из них сильнее, кто удачливее. Они убивали друг друга в играх, которые вдруг переставали быть играми, — но дело не только в убийстве улинами друг друга. Некоторые из них погибали, охотясь на гигантских зверей в незапамятные времена, а некоторые просто уставали от жизни. Она так прискучивала им, казалась такой бесцельной, что они убивали сами себя.
— Что ж, значит, они были ничуть не лучше нас! — возмущенно вскричала еще одна старуха. — Это, конечно, если ты правду говоришь, только я про такое прежде не слыхивала, Учитель!
— Так узнай от меня, ибо так говорит Ломаллин,
а он здесь с самого начала и все видел своими глазами.
— Но как же они тогда смеют называть себя богами? — возмутилась старуха.
— Они и не называют — богами их назвали люди, — возразил Манало и укоризненно поднял большой палец. — Не обманывайтесь! Улины — не боги! Бог один, Творец! Улины — старшая раса, раса более рослая и сильная, это верно. Улины умеют колдовать и вызывать несчастья, бедствия. Но они всего лишь существа, похожие на вас, только сильнее, намного сильнее, и все же они только создания, а не Творцы! Они не боги!
Большинство из сидящих в хижине изумленно, не мигая, смотрели на Манало. Вот уж чего-чего, а это они точно слышали впервые! Кое-кто даже нахмурился и смотрел на Учителя недоверчиво, однако вслух своих сомнений не высказывал.
Что до Огерна, то он особых различий не видел. Какая разница между сверхлюдьми и недобогами?
И, как будто прочитав мысли Огерна, Манало бесхитростно проговорил:
— Боги не умирают. Их нельзя убить. Улинов можно.
— Но их убивали улины, — возразила какая-то женщина, — а не
люди.
Манало кивнул.
— Верно. Поначалу улинов было много, но шли века, и их становилось все меньше и меньше, и даже тем из них, кто в молодости радовался жизни, тому лет эдак в тысячу жизнь может прискучить и показаться однообразной.
— Но разве можно хотеть умереть? — вырвалось у девчушки.






