Во всех трех случаях прошло разное количество времени от заражения до мутации. Процент мутирующих в отложенной форме очень мал, но факт достоверный.
– Кронштадтский синдром… – в наступивший тишине произнесла Милявская.
Измайлов обвел собравшихся тяжелым взглядом.
О прошедшем совещании снаружи никому не было известно. Прибывшие
терпеливо ждали в машинах, хотя нервы у всех были на пределе. Кирилл вздрогнул, когда из динамика рации раздался голос дежурного:
– Внимание всем! Передаю инструкции для въезда…
Пока дежурный выдавал в эфир список указаний, в техническом ангаре главного шлюза кипела работа. Майор Грохотов привлек техников из самых разных служб и сам координировал их действия, а солдаты-срочники таскали баллоны с газом, шланги и металлические трубы со склада. Прапорщик Семенов, лучший сварщик в гарнизоне, быстро соединял все это в устойчивые конструкции.
И Грохотов, и присоединившаяся к нему после совещания Милявская прекрасно понимали всю сложность предстоящей операции. И решать проблемы надо было оперативно. Все понимали: как только откроются внешние ворота шлюза, он окажется заражен. Это означало, что внутренние ворота возможно будет открывать не только при закрытых внешних, но еще и после полного обеззараживания огнем всех поверхностей автомобилей.
С одной стороны, техническая сторона вопроса была понятна: разлить горючую жидкость, дистанционно запалить ее газовыми горелками, дать ей прогореть, и тогда будет обеззаражен не только автомобиль, но и сам шлюз. Тогда уже и внутренние ворота можно открывать. Но эта простота была кажущейся. Не было гарантии, что вирус наверняка погибнет, и оставался риск, что в технический ангар через шлюз проникнет автомобиль,
зараженный изнутри. В этом случае вирус поразит весь бункер.
Чтобы минимизировать риски, Грохотов предложил использовать еще одну герметичную дверь, отгородив ею от остального помещения весь технический ангар. К счастью, такая дверь, даже две, были предусмотрены конструкцией бункера. В целях полной герметизации требовалось заблокировать и проходящий в стене вентиляционный канал; для этого были предназначены специальные створки, но ими ни разу не пользовались со дня закладки бункера, так что приводить их в движение пришлось забравшимся в вентиляционный тоннель техникам – при помощи молотка, зубила и такой-то матери.
– В ангаре необходимо оставить минимальное количество людей, – прикинула Милявская. – С учетом числа прибывших, народу будет довольно много, и мы гарантированно поймем, если вирус проникнет в ангар через шлюз. Тогда мы просто не будем открывать переход в бункер, а предложим зараженным его покинуть.
– На самом деле не обязательно даже им будет его покидать, – возразил
Грохотов.






