Посоветовавшись, он и Снодграсс решили, что лучше будет перевезти По в больницу "Вашингтон хоспител". Послали за экипажем; ослабевшего По, который все еще судорожно сжимал в руке чужую трость, по ошибке увезенную из Ричмонда, отнесли в кабриолет, вскоре доставивший его в больницу, где поэта поручили заботам некоего доктора Морана. Было это в среду, 3 октября, в пять часов вечера.
До трех часов утра По не приходил в сознание. Затем тьма милосердного забвения
рассеялась. Взмокший от пота, бледный, он говорил и говорил - "бредил он не переставая, но не буйствовал и даже не пытался встать с постели"; комната плыла и кружилась у него перед глазами, и из уст его неслись бессвязные речи, обращенные к мечущимся по стенам призракам.
Доктор Моран попытался расспросить По, где он живет и кто его родственники. "Однако добиться от него вразумительного ответа было невозможно". По сказал, что в Ричмонде его ждет жена, наверняка думая об Эльмире. Днем в больницу приехал Нельсон По, но повидать кузена ему не разрешили. Вскоре По прислали несколько смен белья и все необходимое балтиморские родственники ничего не упустили из виду. Поняв, что имеет дело с джентльменом, доктор Моран приказал положить По в палату, находившуюся рядом с комнатами, где жила семья доктора, и его жена миссис Мэри Моран стала сама ухаживать за больным.
Среди вещей По нашли ключ от его дорожного сун
[331]
дука; однако куда делся сам сундук, он никак не мог вспомнить. Похоже, что остался в гостинице "Старый лебедь" в Ричмонде. Убедившись, что пациент безнадежен, доктор Моран постарался хоть как-то ободрить его, уверяя, что через несколько дней "он уже сможет вернуться
к друзьям". Однако мысль о них, вместо того чтобы успокоить, привела По в исступление - "он весь встрепенулся и почти закричал, что самый лучший из друзей мог бы сейчас оказать ему лишь одну-единственную услугу - пустить пулю в его несчастную голову, что, видя, как низко пал, он готов провалиться сквозь землю". В один краткий миг он с безжалостной ясностью вспомнил понесенные в жизни утраты, и сердце его сжало отчаяние, вобравшее в себя всю боль прошлых лет. Обессилев, он забылся недолгим. сном, но когда через некоторое время доктор Моран вернулся, то увидел, что две сиделки борются с По, пытаясь удержать его в постели. Одержимый демоном, во сто крат страшнее тех, что рисовало его воображение, он метался в безумном, неотступном бреду.
Так продолжалось несколько дней. Миссис Клемм и Энни Ричмонд ничего не знали. Они так и не приехали. Страдания и муки раскаяния
отняли у него остатки сил. Услышав, что он наконец успокоился, жена доктора Морана пришла, чтобы записать его последние распоряжения, полагая, что у него есть вещи, которые он хотел бы завещать.
Он спросил ее, осталась ли у него надежда.






