Гномы, чье число оказалось не столь велико – не более пяти десятков, не сдвинулись с места, а лишь выбросили вперед копья и спокойно встретили своих врагов. Лишенные плоти руки бессильно скользнули по зачарованной броне подгорных воинов, а сверкающее неугасимым огнем оружие гномов начало собирать свою обильную жатву. Несмотря на колоссальное численное превосходство нежити, гномы легко сдерживали натиск, отражая атаки одну за другой.
Фабул слегка опустил свой меч. Он слышал легенду о стражах подземных чертогов. Старина Трир, будучи в состоянии глубокой меланхолии, любил петь балладу о последних защитниках первого подгорного Царства. Горстка воинов, числом несколько десятков, обороняла в течение семи суток проход в сердце Потаенных Чертогов от целой армии темных эльфов и их демонических слуг, которые, воспользовавшись тем, что войско подгорного племени вышло в поход против троллей, вероломно напали на беззащитных женщин и детей. Никто из защитников не выжил, все полегли в страшной сечи, но пришедшая на подмогу дружина сумела вытеснить захватчиков, нанеся им чудовищные потери. Недаром темные эльфы Чигирранизала до сих пор называют ту битву «матерью вдов». Впрочем, история погибших защитников на этом не закончилась. Согласно балладе, Отец Подгорного Племени даровал им посмертие последних защитников своего народа. В трудные минуты погибшие души героев по воле Подгорного Владыки обретали плоть и
приходили на помощь доблестно сражающимся гномам, чья участь, казалось, была уже предрешена. Воины, получившие название Бессмертных, были неудержимы в бою, и, хотя их можно было убить в схватке, всегда возвращались в строй к следующей битве во славу Подгорного Племени. Их видели и в сече у Малахитовой горы, и во время обороны Гремящего перевала, и во время вторжения Армии Последнего Дня. Каким образом Олдер получил помощь от Подгорного Владыки, генерал мог только догадываться. В свое время они в самом деле сделали немало для снятия блокады Алказара, но вот какую награду выбрал себе Олдер, спасший тогда их всех, Фабул уже припомнить не мог. Да это было и не важно! Появление Бессмертных делало до этого безнадежную ситуацию вполне приемлемой. Фабул заметил, что поток фантомов не был уж настолько бесконечным и вновь подходящие волны были чуть менее плотными, чем предыдущие.
Элар наконец не выдержал. Он раскинул руки и приподнялся в воздух на несколько футов, как бы паря над своими слугами, чья безбрежная зеленая река стекалась водоворотом к горстке людей, сгрудившихся за сомкнутыми щитами гномов, и разбивалась о блистающее оружие подгорных воителей. Лайморр протянул свой змееподобный палец в сторону Олдера:
– Ты совершил глупость, чужеземец. Тебе не стоило вмешиваться не в свою битву.






