Хватило одного удара – низкий повалился на пол.
– Парни, не хочу я драться, - проговорил Фотограф. – Пятьдесят – и разойдемся. Идет?
Басовитый напал, но слишком уж прямолинейно. Фотограф ушел в сторону и, подставив подножку, свалил его на пол. Тот быстро вскочил и снова попер в атаку. Фотограф отошел немного в сторону, чтобы в поле зрения был и третий – кажется,
главный среди этих троих.
Басовитый опять попытался тупо ударить. Фотограф блокировал удар – рукопашным занимался, наученный. И резкий выпад в солнечное сплетение с последующим добиванием. Противник полетел на пол.
– Может, хватит? – спросил Фотограф у главаря горе-банды.
Тот покосился на валяющихся «партнеров» и пожал плечами:
– Ладно, давай хотя бы полсотни.
– Ну уж. Надо было раньше соглашаться.
– М-да, драться умеешь. Оценил. Топай, черт с тобой…
Фотограф поднялся по лестнице, потирая костяшки пальцев. Побаливали. Девушка бросилась к нему:
– Ой… Господи, напугал же!..
– Тихо, тихо… нормально все… ну, иди сюда, - он притянул ее к себе. – Живой я.
Он обнял ее и зарылся лицом в любимые волосы.
Фотограф понял, что стоит, облокотившись уже о стену тоннеля аномалий и едва не падая. Дышал тяжело, словно после пятикилометровой пробежки. Никогда бы не подумал, что воспоминания – тоже спорт…
Постояв так еще немного, он снова взял в руки фотоаппарат и стал вычислять безопасный маршрут. В тоннеле много всяких гадостей, но можно было просто пройти наискосок и миновать их. Что он и сделал.
Теперь уже относительно безопасная дорога – во всяком случае, через окошко аппарата она таковой выглядела. Фотограф шел по схеме «пять шагов», но ни одной аномалии еще не встретил.
Еще какой-то завод. Заброшенный, конечно. «Пощелкав» на всякий случай полуразрушенные постройки, Фотограф не нашел никаких внятных
ассоциаций и, следовательно, воспоминаний.
Дорога, вдоль которой шел Фотограф, завернула в завод, а ему туда идти не хотелось. Местности, о которой сталкеры отзываются как «малоизученная», он опасался. В принципе, боязнь была оправданной. Не исследовали – значит, если кто туда и ходил, то не возвращался или не рассказывал, что там. Слишком явная угроза для жизни.
В общем, дальше Фотограф шел уже не рядом с дорогой. Вскоре показалось Янтарное озеро. То есть «озеро» - это лишь громкое название. До Второй катастрофы на ЧАЭС тут, может, и было озеро, а сейчас осталось лишь скопление лужиц. А Фотограф не любил только большую воду…
Воспоминания не ловились.
К ученым он заходить не стал. Там-то уж точно делать нечего. Бывал, неинтересно.
Итак… обойти научную лабораторию, немного вперед – и он на Верхних Болотах. Земля под ногами уже стала еще более влажной. Недалеко.
Вообще-то, Болота – также чисто символическое название.






