— Мутни, перестань бездельничать! — прикрикнула на меня мать. — Займись чем-нибудь!
— Но Нефертити же бездельничает! — ляпнула я.
Сестра сидела в другом углу комнаты, примеряя наряды и подбирая к ним стеклянные украшения.
— Нефертити! — прикрикнула мать и на нее. — Ты еще успеешь накрасоваться перед зеркалом в Мальгатте!
Нефертити драматически вздохнула, потом подхватила охапку платьев и бросила их в корзину. Мать покачала головой, а сестра отправилась следить за тем, как будут грузить семнадцать сундуков с ее вещами. Со двора донесся ее голос: она велела рабу быть осторожнее, потому что ее корзины стоят больше, чем мы заплатили за него. Я посмотрела на мать. Та вздохнула. У меня никак в голове не укладывалось, что моя сестра станет царицей.
Тогда все изменится.
Мы покинем Ахмим. Это поместье останется нашим, но кто знает, увидим ли мы его еще когда-либо?
— Как ты думаешь, мы вернемся? — спросила я.
Мать выпрямилась. Я заметила, как она посмотрела на пруды, у которых мы с сестрой играли в детстве, а потом на наш семейный храм Амона.
— Надеюсь, — ответила она. — Здесь мы были семьей. Здесь наш дом.
— Но теперь нашим домом будут Фивы.
Мать тяжело вздохнула.
— Да. Твой отец хочет этого. И твоя сестра.
— А ты этого хочешь? — тихо спросила я.
Мать взглянула в сторону
комнаты, которую она делила с отцом. Она ужасно скучала по нему, когда он уезжал. Теперь она сможет быть рядом с ним.
— Я хочу быть с моим мужем, — призналась она, — и хочу, чтобы у моих детей было больше возможностей.
Мы посмотрели на Нефертити, отдающую приказы слугам во дворе.
— Она будет царицей Египта, — с некоторым трепетом произнесла мать. — Подумать только — наша Нефертити, которой всего пятнадцать!
— А я?
Мать улыбнулась.
— А ты будешь сестрой главной жены царя. Это немало.
— Но за кого я выйду замуж?
— Тебе всего тринадцать! — воскликнула мать, и по лицу ее скользнула тень.
Я была единственным ребенком, которого даровала ей богиня Таварет. Как только я выйду замуж, у нее не останется никого. Я тут же пожалела, что заговорила об этом.
— Может, я и не выйду замуж, — быстро произнесла я. — Может, я стану жрицей.
Мать кивнула, но я видела, что она думает о том времени, когда останется одна.
2
Фивы
19 фар пути
Наша барка готова была к отплытию в Фивы через четыре дня после визита тети в Ахмим. Солнце, поднявшееся над храмами нашего города, застало меня в моем маленьком садике с травами; я
сорвала листик мирриса, понюхала его и закрыла глаза. Я буду очень скучать по Ахмиму.
— Не ходи ты с таким унылым видом, — раздался сзади голос сестры. — Для тебя найдется достаточно садов в Мальгатте.
— Откуда тебе знать?
Я посмотрела на мои любовно ухоженные растения. Васильки, мандрагора, маки, маленькое гранатовое дерево, которое мы с Ранофером посадили вместе.






