Развернул его, в нем оказался еще один, целлофановый. Развязал и высыпал содержимое на газету. Маковая соломка, понял Антон. Что же, Витя, мне ничего не сказал.
– Здесь два стакана.
– сообщил, Витек.
– Выкручивать сам будешь, у меня руки болят, - заявила Светлана.
– Базара нет, - согласился, Шмаль.- Давай только побыстрее.
– Я что, против? Давай.
– Не буду вам мешать, - Антон, вышел в комнату, упал в кресло, задумался.
Анаша, ладно. Они с Витей покуривали
каждый день. Благо проблем с этим добром не было, а вот ширка... Это тот же героин, еще покруче даже будет. Он пробовал на севере промидол, пару раз кололся морфином, пару раз амнопоном, но то были медицинские препараты. Конечно тоже на основе опия, но все же... Про ширку он успел наслушаться достаточно. На Западной Украине, выращивали мак в каждом хозяйстве. Это было национальное. Вся сдоба готовилась с маком. Мак рос повсюду. Что же попробуем, что это такое. Посмотрим, сильно ли отличается от стекла*.
А на кухне шло движение, запахло растворителем. В комнату забежала, Света.
– Ты, только телик не включай, лады, - попросила она - Соседи, достали уже, грозятся мусоров нагнать.
Она вернулась на кухню. Антон, последовал за ней. Витя, уже выкрутил соломку, и готовил выход. Еще через двадцать минут, все было готово.
– Ты, ведь первый раз двигаешься?
– утвердительно спросила, Света.
– Пробовал стекло, а вот ширку ни разу, - Антон, неуверенно улыбнулся.
– Ну, тогда тебе, больше куба нельзя. Думаю, точек восемь ему хватит, да Витек?
– Да, да, - Шмаль был весь в предвкушении.
– Вот держи,- он достал три баяна в упаковке.
– Выбирай.
Шмаль, поставился на кухне, Света, ушла в комнату. Антон, наблюдал за происходящим. Витя, начал втыкать. В кухню вернулась, Света.
– Ты, еще не вмазался? Что же он тебя мурыжит, щас я тебе помогу.
Движения у нее замедлились, голос приобрел хрипловатый тембр, что только добавило ей очарования. Села на табурет напротив, взяла его руку, положила себе на колени. Нагнула голову. Волосы рассыпались и совсем закрыли лицо.
– Хорошие венки, - бормотала она, поглаживая руку. Затем уверенно ввела иглу. Взяла контроль, и не торопясь прогнала содержимое шприца в вену. Это был не морфин! Приход захватывал дух. Тело пронзили тысячи иголочек, ступням ног стало жарко так, что он поерзал ногами. И накатила волна... Когда вынырнул на поверхность, первое что увидел, это два лица внимательно на него смотрящие.
– Ну, слава Богу, я боялась, что ты отъехать собрался.
– Она заулыбалась.
Антон понял, что это первый раз видит ее улыбку. Он знал, что влюбился, влюбился с первого взгляда, и это пугало его. Чутье подсказывало, что ничего хорошего из этого не выйдет, а другая безрассудная его часть кричала, да хрен с ним! Будет, что будет! Лишь бы только
можно было обнять.






