– Не прощу себе никогда!
Она поклялась, что как только будет возможность, вернет Антона. Сколько бы не пришлось ждать.
Срок
И вот он, уже полгода как вернулся, менты пока не докучали. Но чуйка подсказывала, что это временно,
что они каким-нибудь образом обязательно себя проявят. Тем более, что он основательно присел на наркотик. Понемногу, понемногу, не заметив как, втянулся. Теперь он не выезжал на работу, как следует, не поправив здоровье. Да и вечером не обходилось без хорошей раскумарки. С наступлением сезона, он даже забросил свой промысел. Приобрел по случаю старенькую, но ухоженную "Яву", и почти каждую ночь пропадал на плантарях. Благо, мака в окрестных селах, было предостаточно. На чердаке, прямо над своей комнатой, устроил тайник. Перекрытие было деревянным. Сверху досок лежал слой стекловаты, засыпанный керамзитом. Когда кто-то ходил по чердаку, в квартире было прекрасно слышно. Мыши там естественно не водились. Под самой стрехой, Антон, аккуратно расчистил небольшой участок, освободив его от стекловаты. Установил в образовавшуюся выемку, деревянный чемоданчик из-под инструментов. Там он держал плетку, баксы, около двадцати тысяч рублями. Туда же складывал просушенные и завернутые в бумагу бинты. На чердаке всегда было сухо, так что за сохранность содержимого можно было, не беспокоится. О тайнике не знал даже Шмаль. После удачной поездки в Ковель прошло около месяца. Все было тихо. По всей видимости, полек не стал обращаться с заявлением в милицию. Закончился сезон, на Маккавея, он прикупил прямо на базаре, у пацанят из села пару мешков сухого мака в головках. С учетом того, что лежало в заначке, до Нового Года можно было, не беспокоится о том, где брать на раскумарку. Тринадцатого сентября (вот ведь, действительно несчастливое число) он зашел на рынок купить продуктов. Купив зелени, фруктов, деревенского творога и сметаны, уже собрался уходить. Антон, давно уже не крал в городе, но тут ему на глаза попалась женщина лет тридцати пяти. В одной руке, она несла тяжело набитую сумку, в другой трехлитровый бидончик почти доверху наполненный малиной. Поверх ягод лежал толстенный кошелек. Его аж передернуло, лопата лежала прямо на верхах! Приблизившись, но, не попадая в поле зрения женщины, держась чуть сзади, улучив момент, он снял кошелек. В тот же момент, кто-то крепко схватил его за руку.
– Стоять! Север, не знал этого опера. А что это был опер, можно было не сомневаться. Женщина запричитала, вокруг собрался народ. Мент достал ксиву, показал окружающим и повел Антона и женщину в отделение, которое находилось в здании крытого рынка. Там находились; Участковый, еще один опер и начальник
уголовного розыска. Они о чем-то увлеченно беседовали с азербайджанцем, Назимом.






