– Понимаете, мое положение в мэрии…общественный резонанс…
– Интересно вы рассуждаете!
– Берри развел руками.
– В доме ночью было шесть человек, в том числе и вы. Кстати ведь именно вы ночевали в соседней комнате?
– Да. Но я даже ничего не слышал, вот просто ни звука, клянусь вам!
– Убийство очень странное, - Клав снова посмотрел на тело Хальса, - тот, кто это сделал, несомненно преследовал свою цель. Причем убийство имеет явный подтекст, но вызнать, что здесь именно произошло, это уже компетенция полиции. Там будете давать клятвы и показания, мистер Уоссон, хотя я вам верю. Тот, кто это сделал - это настоящий мясник, не имеющий ни тени сомнения в своих действиях. Так что идите и звоните.
– Да!
– он остановил Уоссона уже в дверях.
– Лайзе скажите как-нибудь помягче об этом, пусть лучше не заходит пока.
Когда тот ушел, Клайв подошел к Джорджу, который продолжал сидеть на стуле возле стены, устремив в пол отсутствующий взгляд.
– Ты ок?
– Берри положил руку ему на плечо.
– Что теперь делать, Клайв?
– Джордж Адамс говорил глухим голосом, по прежнему не поднимая головы.
– Полиция разберется. У тебя в доме произошло жестокое убийство, мотивы которого неизвестны. Я понимаю, насколько это переворачивает спокойную жизнь, Джордж, но что произошло, то уже произошло, ничего не изменишь. Конечно, сейчас в прессе
поднимется шумиха. Как же! В доме бывшего мэра, в рождественскую ночь произошло такое!
– Это ужасно!
– Джордж взялся руками за лицо и закачал головой.
Тут в коридоре послышались шаги и появился Уоссон.
– Едут.
– коротко сказал он.
– Миссис Адамс слышала, как я говорил по телефону, но первым делом она побежала искать капли для мужа, а сейчас, вероятно, скоро придет сюда.
Словно в подтверждение этому на лестнице послышались торопливые шаги.
– Ну пусть идет, - Клайв вышел в коридор и почти столкнулся с Лайзой.
– Что там, Клайв? Что с Джорджем, у него ведь сердце?!
– взволнованно говорила она, пытаясь заглянуть внутрь.
– Там очень неприглядная картина, тетушка, - Клайв нарочито не давал ей посмотреть за дверь, - если ты готова, то я тебя пущу. Но предупреждаю, зрелище не для слабонервных.
– Да пусти же наконец, я не малень…, - она не договорила. Зрелище ужасной расправы потрясло ее, но Лайза сумела достаточно быстро взять себя в руки :
– Какой кошмар!
– вырвалось у нее.
– Кто же это сделал?
Она посмотрела на племянника, которому только и оставалось, что развести руками. Затем Лайза подошла к мужу, смотревшего на нее глазами побитой собаки, и начала капать сердечное в маленький мерный стаканчик.
– У меня не болит сердце, - сказал Джордж.






