— Мы сражались!
— Некоторые из нас погибли.
— Господь не защищает нас! Он далеко от нас!
— Потому что мы согрешили! — в гневе закричал Халев. — Потому что у вас не хватило веры следовать за Господом!
— Чем же мы согрешили, отец? Скажи нам. Мы поклонялись Господу так же, как и ты.
— У меня лично остались шрамы, как доказательство моей веры, отец! И у других, у них тоже остались рубцы. У меня есть внуки. Я хочу хоть немного порадоваться в своей земле. А ты не хочешь?
— Нам не нужны равнины, отец. У нас достаточно земли здесь, в горной местности.
Халев не мог поверить собственным ушам.
— Мы будем воевать до тех пор, пока все враги Божьи не умрут, как то поколение, которое умерло в пустыне. Вы не должны сдаваться. Вы должны взять себя в руки.
— Мы устали от сражений!
— На равнине мы больше ничего не можем сделать.
— А что насчет Хеврона?
Меша посмотрел на него взглядом побежденного.
— Ты разве не помнишь, отец? Хеврон больше не принадлежит Иуде. Иисус Навин и другие начальники отдали его левитам как город-убежище. Клан Каафа, в чье владение он перешел, может сам о себе позаботиться.
— Нагими мы приходим в этот мир, Меша. Нагими и уйдем. — Халев
был удивлен, когда Иисус Навин назвал Хеврон городом-убежищем, но он сделал так, как приказал ему Господь. Халев знал, что у него есть два пути, как на это реагировать: обидеться и позволить горечи и зависти пустить корни или… быть благодарным. Он выбрал второй путь — быть благодарным Господу за то, что Он пожелал сделать Хеврон, город Халева, городом-убежищем.
К сожалению, не все его сыновья смогли смириться с этой потерей и быть полностью довольными, живя в селениях вокруг города.
— Хеврон никогда не был нашим, мои дети. Бог дал его нам, и мы отдали Ему обратно этот город.
— Это должно было стать твоим вечным наследием, отец.
— Некоторые наши люди погибли, когда мы забирали этот город у сынов Енака. Мы проливали кровь за него.
— Господь был с нами.
Заговорили все сразу. Потом Меша высказался за всех.
— Мы немного отдохнем, и если они попытаются подойти к горной стране, мы будем сражаться.
Вино текло в изобилии, оно было сделано из винограда, выросшего в виноградниках, которых они не сажали, — которые дал им Господь.
Шовав вздохнул:
— А мне еще нужно поле вспахать.
Поля, которые Господь дал им.
— И посадить семена, — согласился Мареша.
Халев вспомнил, какой урожай зерна они получили в свой первый год в Обетованной земле. Господь привел их в землю, где уже было изобилие еды — все было готово для них.
— Ты знаешь, как сажать семена? — пошутил кто-то.
— Я могу научиться.
А тому, что важнее всего, они когда-нибудь научатся?
— У меня много работы в доме.
А как насчет той работы, которую дал им Господь?
— Моему сыну Хеврону пора жениться.
— У меня есть дочь, на которой он может жениться.






