ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Мы, Автор - Николс Дэвид, , Жанр - Современная проза, Проза. Читать бесплатно и без регмстрации, книга полностью. Мы Николс Дэвид Мы, Автор - Николс Дэвид, , Жанр - Современная проза, Проза. Читать бесплатно и без регмстрации, книга полностью. David Nicholls US Copyright © David Nicholls, 2014 All rights reserved This edition is published by arrangement with Curtis Brown UK and The Van Lear Agency LLC Издание подготовлено при участии издательства «Азбука». Издательство Иностранка® В память о моем отце Алане Фреде Николсе Только ты доказала мне, что у меня есть сердце, только ты осветила мою душу. Только ты открыла мне, кто я такой; без твоей помощи я бы знал о себе лишь то, что у меня есть тень, — она скользила бы по стене, а я по ошибке принимал бы ее причуды за мои собственные действия… Итак, дорогая, ты понимаешь, что ты сделала для меня? И теперь мне страшно представить, что какие-то незначительные обстоятельства могли бы помешать нам встретиться. Натаниель Готорн, письмо Софи Пибоди 4 октября 1840 г. Книга первая Большое турне Часть первая Англия Они стали друг для друга милой привычкой, и от этого у нее появились вокруг рта морщинки, похожие на кавычки, как будто все, что она говорила, уже было сказано раньше. Лорри Мур. Агнес из Айовы 1. Грабители Прошлым летом, незадолго до отъезда моего сына в колледж, жена разбудила меня среди ночи. Поначалу я решил, что она трясет меня из-за грабителей. С тех пор как мы переехали за город, у жены появилась привычка вскакивать от ма

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Мне нравится моя работа, я хорошо с ней справляюсь, я по-прежнему

посещаю лаборатории, но лишь затем, чтобы координировать и управлять молодыми людьми, выполняющими ту работу, которой когда-то занимался я. И я вовсе не какой-то корпоративный монстр; я знаю свое дело, достиг в нем успеха и обеспечил себе надежный тыл. Но теперь наука не вызывает во мне былого интереса.

Потому что когда работаешь, не замечая времени, с небольшой командой преданных делу, увлеченных людей, это действительно захватывает. В то время наука меня околдовывала, вдохновляла, была хлебом насущным. Через двадцать лет наши эксперименты с плодовой мушкой могли бы привести к медицинским открытиям, которые нам трудно было даже представить, но в то время нас подталкивала вперед другая мотивация — чистое любопытство, чувство игры. Нам было просто здорово, и я без преувеличения могу сказать, что любил свой предмет.

Я не говорю, что при этом не приходилось много заниматься тяжелой рутинной работой; компьютеры тогда были капризные и примитивные, чуть лучше огромных калькуляторов и очень маломощные (современный телефон у меня в кармане гораздо мощнее), а ввод данных был утомительным, трудоемким процессом. И хотя обычная плодовая мушка имеет много преимуществ как организм для эксперимента — плодовитость, короткий цикл размножения, характерную морфологию, — никакими индивидуальными особенностями она не отличается. Мы держали одну из них как питомца в лабораторном инсектарии,

она имела собственный стеклянный сосуд с крошечным ковриком и кукольной мебелью, и мы заменяли ее в конце каждого жизненного цикла. Пол у плодовой мушки распознать непросто, и мы назвали его/ее Брюсом. Пусть это будет архетипическим примером юмора биохимиков.

Такие простенькие развлечения необходимы, потому что когда усыпляешь популяцию дрозофил, а затем изучаешь каждую мушку с помощью тонкой кисти и микроскопа, выискивая крошечные изменения в пигментации глаза или формы крыла, то, честно говоря, это отупляет. Так бывает, когда берешься складывать огромную головоломку. Поначалу ты думаешь: «Будет весело», включаешь радио, завариваешь чай, и только потом до тебя доходит, что перед тобой слишком много отдельных кусочков и почти все они — небо.

В общем, я слишком устал, чтобы идти на вечеринку к сестре в ту пятницу. И не просто устал — я был настроен подозрительно, и не без причин.

7. Сваха

Я с недоверием относился к ее стряпне, неизменно состоявшей из макарон и дешевого сыра с подгоревшей коркой, из-под которой выглядывал либо консервированный тунец, либо жирный фарш.