ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Мы, Автор - Николс Дэвид, , Жанр - Современная проза, Проза. Читать бесплатно и без регмстрации, книга полностью. Мы Николс Дэвид Мы, Автор - Николс Дэвид, , Жанр - Современная проза, Проза. Читать бесплатно и без регмстрации, книга полностью. David Nicholls US Copyright © David Nicholls, 2014 All rights reserved This edition is published by arrangement with Curtis Brown UK and The Van Lear Agency LLC Издание подготовлено при участии издательства «Азбука». Издательство Иностранка® В память о моем отце Алане Фреде Николсе Только ты доказала мне, что у меня есть сердце, только ты осветила мою душу. Только ты открыла мне, кто я такой; без твоей помощи я бы знал о себе лишь то, что у меня есть тень, — она скользила бы по стене, а я по ошибке принимал бы ее причуды за мои собственные действия… Итак, дорогая, ты понимаешь, что ты сделала для меня? И теперь мне страшно представить, что какие-то незначительные обстоятельства могли бы помешать нам встретиться. Натаниель Готорн, письмо Софи Пибоди 4 октября 1840 г. Книга первая Большое турне Часть первая Англия Они стали друг для друга милой привычкой, и от этого у нее появились вокруг рта морщинки, похожие на кавычки, как будто все, что она говорила, уже было сказано раньше. Лорри Мур. Агнес из Айовы 1. Грабители Прошлым летом, незадолго до отъезда моего сына в колледж, жена разбудила меня среди ночи. Поначалу я решил, что она трясет меня из-за грабителей. С тех пор как мы переехали за город, у жены появилась привычка вскакивать от ма

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Описание стрижек не мой конек, не хватает запаса слов, и хотя ее прическу в стиле кинозвезд пятидесятых моя мать назвала бы «укладкой», она смотрелась вполне стильно и в то же время современно. «Стильно» — вы только послушайте меня! Как бы там ни было, садясь, я уловил запах шампуня и духов, но вовсе не потому, что обнюхал ей затылок на манер барсука, я не настолько глуп, а потому, что столик был действительно мал.

2. Конни умела слушать. Для моей сестры и ее друзей «беседовать» означало говорить по очереди, но Конни внимательно слушала нашего воздушного акробата, подперев щеку рукой, касаясь мизинцем краешка рта. Сдержанная, спокойная, умная. Она слушала сосредоточенно, но с долей критичности и несерьезности, так что невозможно было определить, считает она предмет разговора то ли достойным внимания, то ли смехотворным, и так оставалось всю нашу

женатую жизнь.

3. Хотя я нашел ее прелестной, она не была самой привлекательной женщиной за столом. Я знаю, стало традицией при описании первой встречи с любимыми утверждать, что они излучали какой-то особый свет; «ее лицо сияло, освещая собой все вокруг» или «я не мог отвести от нее взгляд». В действительности я мог отвести взгляд и отводил, и, положа руку на сердце, скажу, что она была третьей по красоте среди собравшихся женщин. Моя сестра, с ее хваленой «неповторимой индивидуальностью», любила окружать себя чрезвычайно красивыми, «классными» людьми, но классность и доброта редко сочетаются, и тот факт, что эти люди часто оказывались ужасными, жестокими, претенциозными или идиотами, был, по мнению моей сестры, небольшой ценой за их отраженный свет. Так что, хотя в тот вечер меня окружало много привлекательных особ, я был очень рад, что сижу рядом с Конни, пусть с первого взгляда мне и не показалось, что она светится, сияет, люминесцирует и так далее.

4. У нее был очень приятный голос — тихий, чуть хрипловатый, с заметным лондонским акцентом. С годами она его потеряла, но в те дни определенно проглатывала согласные. Обычно это могло служить

свидетельством социального происхождения, но только не в кругу моей сестры. Один из ее друзей-кокни говорил так, словно торговал моллюсками на рынке, тем не менее его отец был епископом Бата и Уэллса. В случае с Конни она задавала искренние, умные вопросы, но в них все равно чувствовалась ирония. «Клоуны и в жизни такие же смешные, как на арене?» — в таком духе. Она говорила с природной модуляцией комика, и у нее был дар смешить не улыбаясь, которому я всегда завидовал. В тех редких случаях, когда я на людях рассказываю анекдот, то гримасничаю, как напуганный шимпанзе, но Конни сохраняла и сохраняет постную мину.