Я буду очень признателен, если вы уйдете, пожалуйста.
Наконец-то появился менеджер ресторана:
– Мистер Валентайн, я очень сожалею. Вы знаете, мы не терпим здесь такого поведения.
Менеджер повернулся к девушкам:
– Дамы, я вынужден проводить вас из ресторана.
Я наблюдала, как он потащил их к выходу, а обе они обзывали нас по пути. Я научилась не вступать в диалог с такими
людьми и просто их игнорировать.
– Грубые сучки, - пробормотал Шторм, потягивая вино. – Ты можешь в такое поверить?
– Все нормально. Они уже ушли.
У него по-прежнему был озлобленный вид:
– Ты не представляешь, как я такое ненавижу, Эви. Что будет, когда у нас появятся дети? Я не хочу, чтобы они росли в такой обстановке, как я. Чтобы их разрывали на части, придирались, использовали и доставали, куда бы они не пошли.
Я наклонила голову и положила свою руку поверх его:
– Что ты только что сказал?
Несколько секунд он смотрел на меня в глубокой задумчивости:
– Я не уверен, что хочу всегда этим заниматься, Эви. Я хочу создать с тобой семью и просто, блядь, быть нормальным. Может просто работать с мотоциклами и уйти из группы через пару лет. А может время от времени давать по несколько акустических концертов в нашем городе. Но без этих туров и не проводить столько времени на глазах у публики.
– Шторм… ты знаешь, я всегда тебя поддержу, чтобы бы ты не делал. Но это раздавит Ашера... сначала уход Вандала, потом твой. «Эшес и Эмберс» распадутся.
Группа – это жизнь Ашера, его детище. Я не могу представить, что он будет делать, если потеряет еще и Шторма. Конечно, Шторма можно будет кем-то заменить, но он фронтмен группы, тот, кто больше всех привлекает и получает внимание толпы. «Эшес и Эмберс» уже не смогут быть такими же без него.
Он медленно кивнул, крепче сжимая мою руку.
– Я это знаю. И не хочу так с
ним поступать, ни с кем из них. Но на первом месте мы. Я хочу сделать так, как будет лучше для нас и нашей семьи.
Нашей семьи.
Миллионы бабочек запорхали в моем животе. Под всем этим фасадом жестокого рокера я начала видеть парня, которых хочет быть любимым и жить обычной, спокойной жизнью.
– Милый, я верю, что не зависимо от того, что ты делаешь, ты всегда будешь действовать так, как будет лучше для нас. Я буду с тобой, не смотря ни на что. Чем бы ты ни решил заняться, мы с этим справимся.
– Знаю, Эви. Я просто думаю о Вандале и малышке Кэти… и моей малышке… Жизнь действительно чертовски коротка, - его голос дал трещину.
Я смотрела на него, не зная, что сказать. Он никогда не упоминал о Бритни или о ребенке до этого.
– Я их подвел, - он не смотрел на меня, когда говорил это.
Мне хотелось подойти к нему и обнять, но я не хотела стать причиной еще одной сцены в ресторане.
– Шторм, ты не виноват. Ты был совсем мальчишкой.






