Все это он бросил на сидение между нами: бутылки с водой, чипсы, батончики-мюсли, печенье, крекеры и сыр. Мы по очереди кормили Нико большими галетами для собак, и я с благоговением смотрела, как Шторм взял одну из бутылок с водой и осторожно засунул в рот Нико, и пес действительно пил из нее.
– Ого. Вот это реально круто. Как ты его этому научил?
Шторм вовсю улыбался возле своей крутой собаки.
– Мы часто путешествуем, и я иногда забываю взять его миску. Приходится импровизировать.
Я съела три батончика-мюсли и выпила немного воды. Мне было страшно есть больше, потому что я могла снова захотеть писать посреди чертового снега, а то и чего хуже. Я содрогнулась от одной мысли об этом.
– У меня еще есть апельсиновый сок. Хочешь один?
Я покачала головой:
– Оставим завтра на завтрак. У тебя, случайно, нет кофе?
Он усмехнулся и положил печенье в рот.
– Вот видишь? Так и знал, что ты одна из тех кофеманов! Нужно было связать тебя с самого начала.
– Ладно, это моя единственная зависимость. Я обожаю мокко с белым шоколадом. Пью его каждый божий день и определенно готова за него умереть.
– Я не смог подсадить себя на кофе. Пью только сок или воду.
– Занимаешься спортом?
Он приподнял брови и посмотрел на меня с озорной ухмылкой:
– Ты меня разглядывала?
Я закатила глаза:
– Мечтай. Я почувствовала твои мышцы через
пальто и сейчас вижу, насколько у тебя большие руки и плечи.
– Да, я качаюсь, когда есть время. Много времени работаю руками и поднимаю до хрена тяжестей.
– А сколько у тебя татуировок?
И снова я заработала сексуальную, самодовольную улыбку.
– Ты
разглядывала
меня. – Он сделал глоток воды. – Это ничего, крошка. Я знаю, что неотразим.
– Да ладно? Ты всегда так зациклен на себе? Поверь мне, я не одна из тех цыпочек, которые готовы запрыгнуть в твою постель ради одной горячей бессонной ночи.
– Знаю. Поэтому ты мне и нравишься. Отвечу на твой вопрос, у меня до хрена тату. Хочешь увидеть?
– Не.. – прежде, чем я успела договорить, он снял свитер, и да, он был весь в татуировках. Его руки полностью были покрыты татуировками, так называемыми «рукавами», а еще грудь, бока и спина были разукрашены, как произведение искусства. Я попыталась собрать все воедино: кресты, замки, надписи, лица. Я разглядела даже Нико. А подо всем этим были мускулы, обтянутые смуглой кожей. То есть, большие, рельефные руки, широкая, мускулистая грудь и шесть кубиков пресса. Этот парень лишал дара речи. Мне пришлось отвернуться.
– Ладно, Шторм, одевайся. Я увидела все твои тату, и они прекрасны.
– А ты видела мои мышцы?
Я смотрела, как он натягивает обратно свитер, и не смогла удержаться от смеха. Он такой странный.
– Да, я видела твои мышцы. Счастлив?
– Да. Я много работал, чтобы так выглядеть. Немного поощрения не будет лишним.






