— Добрый вечер, — говорю я, кладу свою руку в его, чтобы он помог мне сесть на заднее сиденье «Лэнд Ровера».
Беннетт садится рядом со мной, и кладет мою руку себе на колено, Болдуин закрывает дверь и запрыгивает на переднее сиденье. «Metamorphosis» Филлипа Гласса, любимая песня Беннетта, поглощает тишину и заполняет машину. Я поднимаю свободную руку вверх, кладу ее на ледяное стекло и ощущаю сырость и холод, когда они просачиваются под мою кожу.
— Люблю снег, — бормочу я скорее сама себе, чем моему мужу, но он в любом случае отвечает.
— Ты говоришь это каждую зиму.
Поворачиваюсь, посмотреть на него, а потом на наши сплетенные руки, я произношу тихое «хммм», прежде чем он придвигается и говорит:
— Ричард останавливался на днях в том отеле и сказал, что это прекрасное место, чтобы провести нашу новогоднюю вечеринку.
— Как
называется?
— «Лотос».
— Интересно, — отмечаю я, прежде чем спрашиваю. — Это новый отель Маккинонна?
— Вообще-то его сына. Я все-таки должен встретиться с ним.
— Хммм.
Он слегка сжимает мою руку и спрашивает:
— В чем дело?
— Маккиннон может быть, ну...
— Придурком?
Я улыбаюсь и соглашаюсь:
— Ага. Я просто никогда не знала, что у него есть ребенок, вот и все.
Мы двигаемся по субботним вечерним пробкам в округе Чикаго и наконец подъезжаем к недавно построенному отелю для городской элиты. Мы частенько оказываемся на таких скучных мероприятиях как это. Со статусом Беннетта, не только в этом городе, но и по всему миру, его согласия присутствовать на каком-либо мероприятии добиваются для рекламы и по разным другим причинам. Но Беннетт вращается в одних деловых кругах с Кэллумом Маккинонном уже несколько лет, и мы никак не могли пропустить это событие.
Болдуин открывает дверь и помогает мне выйти
из машины, я выпрямляюсь и поправляю свое длинное платье, прежде чем мы идем к стеклянным дверям и входим внутрь вестибюля «Лотоса». Пока Беннетт оставляет меня, чтобы отнести наши пальто, я рассматриваю наряды гостей и прикусываю щеку изнутри. Я знаю, что я здесь с самым богатым человеком, но моим нервам нравится стягивать мой желудок в узел, задаваясь вопросом, могут ли эти люди видеть сквозь меня.
Меня приветствуют бокалом шампанского, и я узнаю нескольких женщин, которые состоят в благотворительных советах, в которые вхожу и я.
— Готова, дорогая?
Мой муж обнимает меня за талию и ведет нас к первой из многих группе людей, которые нас тут ожидают. Я широко улыбаюсь, поднимаю подбородок и играю свою роль. Роль, которую я играю с тех пор как встретила Беннетта.
Он — любящий муж, всегда таким был. Решительный в бизнесе, но очень ласковый со мной, словно я хрупкая. Возможно, я раньше и была такой, но больше нет. Я сильнее, чем они могут представить себе. Слабость исходит от души.






