Где-то впереди на небе вспыхнула яркая звезда, вслед уходящему за горизонт солнцу, и мгновенно разлетелась в стороны, осветляя еще больше их путь и оставляя на небе изображение креста.
- Это знамение, - сказал Иисус, обращаясь к матери, - и оно укажет нам путь дальше, даже в ночи.
И шли они далее по той же дороге, а по времени уже давно стояла ночь. Знамение охватило полнеба и ярко горело, тем самым создавая свет в дополнение взошедшей луне.
Воистину, это был крестный ход, освещающий и ниспосланный сверху богами, но осуществленный людьми в их подобии божественного сотворения мира.
Еще долго горела разошедшаяся в стороны звезда, и еще долго шли наши странники.
Их путь, восходящий к верху, начинался уже с этого, раннего для них утра.
И на этом заканчивался путь становления молодого Христа.
Наступала пора чудес. Воистину свою, творящихся во благо всему людскому миру.
Примечание автора
И здесь,
и
в
другом также, чем-то похожем или нет, повествуется лишь одно. Поиск причин, восстанавливающих
истину.
Зачем, почему и кому это надо?
– спросите Вы сами.
Неужто
не знамо что-то еще о Христе или не так представлено в глазах людских в день сегодняшний и в
день особого торжества нового его прихода?
И как бы по-житейски просто это не звучало, но все именно так и есть.
И правда та о его жизни искажена до смерти. Что значит, просто неправдоподобно описана или составлена сама летопись его прижизненного участия. Многое принято и воспринято вовсе
неправильно
и в силу ума только того, что когда-то существовал на Земле.
Многое же добавлено уже потом, а еще и хуже всего, просто искажено или извращено смыслом.
И след всего того земного извращения виден с самих небес, а пагубные свойства его выливаются уже сейчас всем на головы.
Но не было бы в том беды какой большей, коли б все так и оставалось на своих местах и больше к делу тому никто не присматривался.
Но не так обстоит все реально. И уже сейчас, даже в наше время все же кое-что предусмотрительно добавляется то тут, то там или заносится на чистые листы такой же бумаги, так же предусмотрительно оставленной еще более ранними последователями всех тех грехов. Оттого подделки чтятся за правду и на ту же веру людскую принимаются.
Кто знает - сколько их там еще осталось
тех самых листов и к чему может привести дополнительное изменение всех тех событий, не исключая всех последующих за ними правил, что также приводят к разлому человеческой души, ибо не воспринимаются ею как надо, ибо все то противоречит самой природе ее же создания.
Надо учесть здесь самое главное.
Вера - то есть не только часть истинно духовного выражения, а еще и чистейшее материальное приложение, что говорит о качестве самой души, испытующей всю ту веру в себе так же истинно, как и она сама.






