ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Дочь кардинала, Автор - Грегори Филиппа, Серия - Война кузенов [4], , Жанр - Историческая проза, Проза. Читать бесплатно и без дополнительных условий, книга полностью. Дочь кардинала Грегори Филиппа Дочь кардинала, Автор - Грегори Филиппа, Серия - Война кузенов [4], , Жанр - Историческая проза, Проза. Читать бесплатно и без дополнительных условий, книга полностью. Посвящается Энтони Лондонский Тауэр Май, 1465 год Моя мать, наследница короны по праву рождения и жена самого влиятельного человека в этом королевстве, как и подобает леди ее положения, идет впереди всех. За ней идет Изабелла, как старшая из нас, и только потом иду я. Я всегда иду последней. Мне почти ничего не видно, пока мы не входим в тронный зал лондонского Тауэра и мать не подводит Изабеллу к трону, чтобы она выразила почтение правителю и тут же отошла в сторону. Изабелла склоняется в низком реверансе, как нас учили, потому что король – всегда король, даже если он еще совсем юнец, посаженный на престол моим отцом. А его жена будет королевой, что бы мы о ней ни думали. И лишь когда я делаю шаг вперед, чтобы в свой черед присесть в реверансе, я наконец вижу ту, ради встречи с которой нас сюда привели. У меня захватывает дух от того, как она хороша: это самая красивая женщина, которую я видела в своей жизни! Мне становится понятно, почему король остановил свои войска в то же мгновение, как увидел, и поспешил взять ее в жены спустя считаные недели после первой встречи. Ее улыбка медленно расцветает на лице, но пото

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Все ее внимание будет приковано к Тауэру, как взгляд луны, которая сегодня проложила на воде яркую серебристую дорожку, ведущую прямо к окнам их спальни.

Их спальни, спальни ее мальчиков. Потому что оба этих мальчика сейчас в Тауэре, со мной, всего лишь этажом выше. Если бы я прошла всего лишь один пролет ступеней вверх и велела стражникам отступить в сторону, то увидела бы, как они спят в своих кроватях, как лунный свет касается их бледных лиц, как поднимаются и опадают их теплые бока под украшенными кружевами рубахами, как покоятся они в глубоком детском сне. Принцу всего лишь двенадцать лет, над его верхней губой только стал появляться светлый пушок, и он спит, разбросав ноги по кровати, как нескладный жеребенок. Его брату Ричарду в следующем месяце исполнится десять, он родился в том же году, что и мой собственный сын, Эдуард. Смогу ли я когда-нибудь смотреть на ее сына и не думать

о своем? Он веселый маленький мальчик и даже во сне улыбается каким-то своим смешным сновидениям. Эти мальчики теперь находятся под нашей опекой и останутся с нами, пока не повзрослеют. Нам придется держать их в замке Миддлем или Шериф-Хаттон, одном из наших северных домов, где мы можем довериться слугам во внимательном наблюдении за ними. Что-то подсказывает мне, что нам придется отправить их туда навсегда. Они вырастут и из очаровательных ребятишек превратятся в заключенных, потому что мы не сможем их отпустить.

Они всегда будут представлять для нас опасность, являясь средоточием воли несогласных и символом борьбы для тех, кто захочет оспорить наше правление. Елизавета Вудвилл посвятит свою жизнь тому, чтобы выкрасть их у нас и восстановить их право на корону. А мы повезем с собой домой самую страшную угрозу для всех нас. Их отец, Эдуард, никогда не стал бы терпеть присутствия подобной угрозы для своих родных. Как и мой отец. Однажды мой отец удерживал короля Эдуарда, и, когда тот покинул место своего заключения, чтобы вернуться на трон, он сказал, что у него нет иного выбора, как в следующий раз схватить и убить его. Эдуард хорошо запомнил этот урок, полученный от отца. Когда он арестовал старого короля, Генриха, то держал его неприкосновенным, только пока был жив его ланкастерский наследник. Смерть моего мужа, принца Эдуарда, стала смертным приговором для его отца. Когда король Эдуард увидел, что может положить конец дому Ланкастеров, то сделал это в тот же вечер: он убил короля Генриха, а его братья, Джордж и Ричард, стали соучастниками цареубийства. Они поняли, что, пока он жив, он останется символом бунтарских настроений и будет представлять собой опасность для них. А когда он умрет, он будет оплакан и благополучно забыт.