Кей скользнул по нему хмурым взглядом: сломал? Да этой громоздкой штукой гвозди можно было забивать!
– Я надеюсь, Вы не очень испугались, Шелли, дорогая, – Эндрюс же оставался абсолютно невозмутимым. Он вновь принялся изучать Потрошителя, и на его морщинистом лице появилось некое подобие улыбки: доку очень льстил тот факт, что такой ценный кадр вновь наведался в его владения. Возможно, он мог бы там остаться навсегда. – Видите ли, у молодого человека есть некоторые проблемы с… самоопределением. Вы понимаете?
Женщина тупо уставилась на Эндрюса, пару раз хлопнув безвкусно накрашенными глазами.
– Ну хорошо, – док решил зайти с другой стороны. – Запишите его как Эдди…Смита? – он вопросительно посмотрел на Кея. – Давайте, назовем Вас именно так. И в следующий раз, когда захотите прийти сюда, называйте это имя, договорились?
Криcтиан поочередно переводил очумевший взгляд с одного на другую: они тут что, все вконец свихнулись что ли?!
– Идите сюда, Эдди, – Эндрюс мягко подозвал мужчину: таким тоном обычно разговаривают с маленькими капризными детьми. И не очень умными. – Распишитесь напротив вашего имени.
Поборов соблазн послать врача куда подальше, Кей все-таки приблизился к стойке: Эдди или Бобби – какая ему, по большому счету, разница – лишь бы в журнал дали заглянуть. Когда же он наконец-то завладел книгой, что-то в его мозгу замкнулось окончательно. На секунду он сам начал сомневаться в собственном здравомыслии. Ровными округлыми буквами, черным по белому, в журнале было выведено его имя – Кристиан Арчер. Но загвоздка была в том, что если верить этой злополучной тетради, он, Кристиан, уже приходил в клинику. Утром. Кей проморгался, на случай, если глаза начали его подводить. Но нет: Кристиан Арчер никуда не делся.
Арчер послушно расписался напротив своего нового имени – Эдвард Смит, – получил пропуск и направился во внутренний дворик, поглощенный весьма удручающими размышлениями: невидимка был на шаг впереди;
он знал, как зовут Кристиана, в то время как Кей не знал об объекте ровным счетом ничего, кроме того, что тот быстро бегал и частенько ошивался в этой богадельне. Но зачем, черт возьми?!
Мужчина тяжело опустился на одну из каменных скамеек, располагавшихся в тени, и уставился на уродливый фонтан. Он-таки чувствовал, что что-то упускает. Что-то, что лежало на самой поверхности. Очевидно, что невидимка преследовал определенную цель. Вероятно, он навещал здесь кого-то, вот только кого? Только в одном дворике сейчас прогуливалось не меньше пятидесяти человек, которых Кей видел в первый и, он надеялся, в последний раз в жизни. Плюс, примерно столько же психов осталось в палатах. И что ему делать? Опрашивать каждого по очереди? Бред.






