И откуда в нем, военном, подобная сентиментальность? Другой бы на его месте, глазом не моргнув, распылил спутник. Все дело в том, что Вояждер был последним эхом, пришедшем из глубин времен от землян. Живое воплощение их цивилизации, свидетельство их существования. Исчезнет Вояджер, и древняя Земля окончательно станет легендой, сказкой, преданием. Никто не понимает, зачем нужно говорить «Иисусе», когда очень волнуешься или говорить «Черт», когда допустил ошибку, но люди усердно твердят и то, и другое. Хотя, что означают эти слова, не может объяснить уже никто, даже историки. И исток всего этого - Земля.
Действительно, сколько еще таких вояджеров может бороздить просторы Вселенной? Неизвестно.
– Эта новость должна быть оглашена! О находке обязаны знать все!
– крикнул кто-то особенно громко.
–
Нужно сообщить в Совет.
Остальные согласно забубнили что-то.
Полковник мрачно повернулся на звук и, уже приняв окончательное решение, вызвал по коммуникатору свою личную охрану. Люди прибыли, получили распоряжение, а полковник отправился в док, последний раз взглянуть на звездного посланца. Тех ученых никто уже никогда не увидит, и все кто сейчас имеют несчастье наблюдать спутник, будут уничтожены. Включая его самого. Полковник спокойно думал об этом, он знал, что смерть наступает рано или поздно. Это будет его жертва в войне за пропуск Человека в вечность. Военный должен быть готовым к тому, что однажды погибнет.
Говорить о некоторых вещах - преступление. Ценность таких вещей заключается в том, что о них молчат. Подобные вещи - самое сокровенное, что есть у человека в мире. Они носят печать величия, а по-настоящему Великие дела должны совершаться в тайне.
Всем людям Унии давали химические препараты, позволяющие усваивать базу научных знаний, этакий семантический минимум, при котором можно было понимать сородичей. Всасываясь в кровь, эти особые соединения попадали в мозговые клетки, воздействовали на специальные зоны и навсегда перестраивали нейронные связи, образуя новую память. Он смотрел на Вояджер, а также на техников, возящихся у его основания, и мысль оформлялась в его мозгу в дерзкий план.
– Сделайте дополнительный блок, - приказал он, - но так, чтобы он легко отделялся от основного корпуса.
Он запросил сотню здоровых эмбрионов в Институте Человека и семя-инкубатор. Такие семена применялись при быстрой колонизации планет в умирающих системах, когда не было времени ждать естественной эволюции, а рост биосферы проходил в ускоренном темпе. Семя падало на поверхность, встроенный компьютер проводил анализ ресурсов, выстраивал будущие биологические цепочки и выстреливал специальные бактерии, которые готовили плацдарм для более сложных организмов.






