Мы хотим жить. Возможно, мы сможем быть чем-то полезными... вам и остальным галактическим цивилизациям. А для нормальной, полноценной жизни нам нужно пространство.
– Да. Мы понимаем, - существа тонко запели на своем диалекте, совещаясь.
– В нашем заповеднике содержатся представители умерших или вырождающихся культур, но никогда еще нам не попадались создания, так отчаянно цепляющиеся за этот мир. Вам, человек, будет предоставлено жизненное пространство... если вы сможете помочь нам кое в чем.
– Согласен, - полковник знал, что у него нет выбора.
– Наши потребности прямо зависят от масштабов поставленной задачи.
– О, - пропела Симбиота, - задача более чем масштабна. По крайней мере, для нас. В этом не сомневайтесь.
«Чем же она станет для нас?» - с ужасом подумал Онерон. И, чувствуя, что нужно собраться с мыслями, добавил:
– Давайте поговорим об этом чуть позже. Я немного устал... и, кроме того, недостаточно готов к обсуждению.
Просьбу немедленно выполнили. Симбиота обходилась с полковником
очень внимательно. С ним носились, как с ребенком, доходя до подобострастия. Скрупулезно был воссоздан цикл человеческого метаболизма, и на основе обмена веществ готовилась нужная пища. Правда, она имела непотребный вид, но полковник не привык воротить нос. Может быть, позже он даст пару советов по расширению меню, а сейчас сойдет и так. Он мог свободно дышать чистым воздухом, он не испытывал дискомфорта от втрое большей земной силы притяжения, так как находился в пространстве с анти-полем. Согласно его инструкциям Эриданцы воссоздали пару нарядов из гардероба, обувь и симплексный нательный комбинезон, который в бытность Септы каждый человек мог носить, словно вторую кожу. Жилище было обставлено минимальным набором мебели и спортивными снарядами для поддержания тела в форме. Его апартаменты имели вид на Центральный Дом Эри, где проживало три четверти общего числа расы, и каждое утро он мог любоваться монументальным видом строений, что на многие мили опоясывали башню Поиска, где находился Вояджер и сам Онерон с группой базировавшихся здесь ученых. Входить в жилище человека себе позволял только один эри - Од-Оз, неназванный учитель выращенного человека, единственный кто побывал в его мозгу и мог считывать поток его тогда еще не окрепшего сознания. Сначала полковнику было немного непривычно видеть перед собой это воздушное, на вид скользкое существо, ведь за всю свою предыдущую жизнь ему не повстречался ни один Чужой. Но, день за днем, Онерон научился держать себя в руках при каждой следующей материализации ученого.
В свободные часы они вели пространные беседы, устроившись на мансарде башни, которая вырастала из боковой комнаты человека.






