В таких случаях обычно говорят громкие слова наподобие того, что мы с вами являемся свидетелями исторического события или еще что-то в этом роде. Но, во-первых, Белов, вы слышали, предупредил, чтобы мы не расслаблялись, и предупредил не зря, потому что все может повернуться совсем не так, как мы предполагаем. А во-вторых, даже если мы получим карт-бланш на реализацию проекта, для нас это будет означать начало трудного и долгого
пути. Нам надо приготовиться к тому, что на этом пути дифирамбы нам не светят. У проекта будет много недоброжелателей. Так уж устроен мир, что все новое воспринимается тяжело и не сразу. Я хочу пожелать, чтобы нам хватило сил - и моральных, и физических - пройти этот путь до конца.
– Он поднял свой стакан, оглядел всех и взволнованным голосом сказал: - Давайте же поклянемся, что мы не свернем от намеченной цели, не отречемся от своих убеждений, от своей мечты несмотря ни на какие даже запредельные трудности. Клянемся!
– Клянемся!
– произнесли все хором и дружно сдвинули свои стаканы.
В наступившей после этого тишине слышно было, как забурлила в трехлитровой банке вода.
– Так... Шампанское кончилось, - констатировал Петриченко, - переходим к водным процедурам. Что там у нас к чаю?
– Он стал выкладывать на стол содержимое бумажных пакетов.
– Ага, мое любимое овсяное печенье... Есть еще "Юбилейное". А это что? Пастила. У-у-у! Обожаю! Говорите, кому какой чай: кому покрепче, кому не очень.
За чаепитием продолжали оживленно разговаривать. Обстановка с каждой минутой становилась все более непринужденной, от первоначальной скованности еще совсем недавно не знакомых людей не осталось и следа. Говорили много, шумно, обсуждали первоочередные задачи по освоению региона, другие важные для Полигона дела.
Расходились за полночь, разгоряченные
чаем и оживленной беседой.
7
Прошло уже несколько минут, как за Беловым закрылась дверь, а Толмачев все сидел в неподвижной позе и не отрываясь смотрел в одну точку на столе. Затем он выдвинул ящик стола, достал тетрадь, полистал ее. Найдя нужную страницу, нажал кнопку вызова дежурного и попросил соединить его с Председателем КГБ.
Минуты через две зазвонил телефон внутренней связи. Толмачев снял трубку и услышал знакомый голос Мельникова:
– Добрый день, Сергей Михайлович!
– Добрый день, Павел Васильевич!
– приветствовал его Толмачев.
– Вас можно поздравить с очередным внуком?
– Внучкой, Сергей Михайлович. Спасибо за поздравления, - поблагодарил Мельников.
– Как дочка себя чувствует?
– Спасибо, хорошо. Уже дома. Вчера выписали.
– Передайте от меня пожелания здоровья ей и малышке.
– Спасибо, Сергей Михайлович. Передам.
Мельников понял, что неофициальная часть беседы закончилась, и весь напрягся в ожидании продолжения разговора.






