Кто стрелял? Если борта грузовика была открыты, то пуля могла попасть в ящик.
Металл был толстым, но не пуленепробиваемым.
Неужели мне было суждено умереть именно так?
Вопли и крик становились все громче и громче. Я не могла разобрать, что за шум
раздавался вокруг. Мир будто
сошел с ума, превратившись в сплошной рев, который
заполнил все пространство.
Он отдавался едва ли не эхом вокруг ящика.
Шум смешался с моим криком, который заглушала изолента, которой был заклеен
мой рот.
Я начала пинать ящик, снова и снова. Я не понимала, пыталась ли я заглушить шум
стрельбы или хотела быть услышанной.
Все, что я знала, — я не хотела умирать.
Я хотела увидеть Кори.
Мне казалось, что если я окажусь в его объятиях, то все будет хорошо.
Даже более того, я хотел увидеть своих сестер. Я хотела обнять Кристал и
почувствовать, как Карла будет сидеть у меня на коленях, пока мы будем читать сказки. Я
хотела быть назидательным примером, пока они растут, и хотела быть их сестрой. Я
хотела видеть, как они ходят в школу, выходят замуж, рожают детей.
Я хотела увидеть, как они расцветут без моего отца.
Я должна была оставаться сильной ради них.
Мне придется пережить это.
Если я умру, у них останется лишь несколько воспоминаний о том, как мы пекли
торт. Так же, как и у меня о моей матери.
Этого было недостаточно.
Я не позволю себе умереть.
98
«Дыши глубоко, дыши глубоко».
Наконец, я успокоилась достаточно, чтобы понять, что шум прекратил звучать
одним потоком. Я могла
расслышать отдельных людей, даже если не понимала, что и
кому они кричали.
Выстрелов больше не было.
Я не знала, хорошо это или плохо.
Может быть, перестрелка была между двумя бандами, ни к одной из которых не
относился мой отец. В лучшем случае, даже если Кэнди получила мои сообщения и не
испугалась или не слишком пренебрежительно отнеслась к тому, чтобы вызвать полицию,
меня арестуют в другом штате, и никто и никогда не сможет найти меня.
По крайней мере, я все еще была в своем ящике со своим телефоном.
Я не знала, надолго ли еще хватит заряда батареи, но это было хоть что-то.
Возможно.
Дерьмо.
Я услышала лязг открывающегося замка.
Крышка ящика открылась.
А потом кто-то поднял лоток для инструмента.
Глава 18
Я закрыла глаза, потому что не желала видеть, кто это был, не хотела иметь дело с
реальностью, в которую прекратилась моя жизнь. Я боялась, что чтобы не случилось
дальше, моя жизнь обречена.
— Табита? — раздался спокойный женский голос.
Я не ответила.
Я
прижалась к стенке ящика, свернувшись в клубок, пока из глаз текли слезы.
Во многих бандах были женщины, если они занимались женской проституцией. То,
что со мной разговаривала женщина, а не Флорес, еще ничего не значило.
Я не могла позволить себе надеяться.
— Табита Лоу? — спросила женщина. — Ты в порядке.






