Пока им удалось узнать только то, что Штуковина не является хищником - она питалась сахаром и медом - и что она дальняя родственница морского ежа. Для более подробных исследований необходимо было вскрытие, но тут уж я воспротивился. Нравится она мне или нет, убивать ее я не позволю.
– Катись отсюда.
Штуковина снова не отреагировала, хотя была способна выполнить мой приказ буквально. Чувствовала, наверное, что я уезжаю. Естественно, я не собирался брать ее с собой, но уже попросил Женьку присматривать за малявкой.
Собирать вещи было непривычно. Как правило, я срывался по первому требованию людей, мне не нужно было ничего брать с собой. Теперь же предполагалось, что я еду отдыхать.
Лименко помог нам, как и обещал. Согласно всем документам, нам с Литой предстояло провести две недели на заброшенном пляже, надежно укрытом от посторонних глаз. На практике же для нас организовали прямой рейс, доставку до аэропорта и даже лодку с капитаном. Капитан, правда, был из местных, но когда-то работал в России и язык должен был знать.
По моим расчетам, не больше чем через неделю я смогу встретиться с Островским. Ожидание было похоже на прыжок в мутную воду: не знаешь, что скрывается в ней.
Я почувствовал, как кто-то приближается к моей комнате, и небрежным движением хвоста откинул Штуковину в заросли тропических растений. Не нужно, чтобы ее лишний раз видели здесь. Тем более что моим неожиданным гостем стал человек, с которым я не только не собирался, но и не хотел говорить.
Константин Стрелов сначала зашел в мою комнату, а потом постучал. Очаровательное проявление человеческой логики.
Впрочем, вид у него был несколько смущенный, будто он пришел на прием к начальству.
Не знаю, почему он мне не нравился, от него никогда не исходило ни злобы, ни агрессии. И все-таки пересилить себя я не мог, поэтому решил ограничиться холодной вежливостью:
– Я могу вам чем-то помочь?
– Я узнал, что вы уезжаете, и решил воспользоваться последней возможностью поговорить с вами.
Любопытно... Обычно люди не обращаются ко мне на "вы", считая, что я по определению ниже их.
– Почему последней? Я намерен вернуться.
– Я не так выразился, - на его щеках появился румянец. Как баба, честное слово.
– Просто я давно уже хотел познакомиться с вами.
– Считайте, что мы знакомы.
– Вы очень много значили для моего отца, поэтому я хочу, чтобы вы знали: вы всегда можете на меня рассчитывать. Я ведь многое теперь могу... Мне бы очень хотелось, чтобы мы работали вместе. Я планирую создать новую серию животных, понять, где мой отец нашел их, как создал. С вашей помощью у меня должно получиться.
– Сожалею, но ничем помочь не могу.
– Это будет просто, я объясню!
– настаивал он.
– Кароль, - Лита вошла в мою комнату; в руке у нее была компактная спортивная сумка.
– Ты готов?
– Уже, уже.






