— Думаю, их-то ты можешь посчитать?
Не знаю — почему, но за эту простую фразу мне захотелось вцепиться ему в глотку! Что там — посчитать! Я помнила лицо каждого! Я помнила имя каждого! Я помнила голос… тоже каждого…
— По твоим глазам вижу, что ты можешь это сделать, — тем временем, продолжал Александр. — Но, раз ты жалеешь об их смерти… ты не думала о том, что, если ты не можешь уже сделать что-то для своей семьи, то ты сможешь помочь кому-то другому?
— Ты, случайно, не в семье священника рос? — поинтересовалась я.
— С чего ты это взяла?
— Из твоих слов и убеждений. Ты либо идиот, либо из очень верующей семьи, — объяснила я свои умозаключения.
— Второе, — ответил Александр. —
Мой отец, действительно, был священником и воспитывал он меня согласно церковным канонам и традициям.
— Оно и видно, — вздохнула я.
— Ты мне не ответила на вопрос, — напомнил мужчина.
— А что ты хочешь от меня услышать? Что я хочу искупить свою вину? Что я стану этакой матерью Терезой, которая будет помогать нищим и обездоленным и, при этом, молиться?! Извини, но что-то данная перспектива меня мало привлекает!
— Я тебе и не это предлагаю. Я не помогаю нищим и обездоленным. Молюсь — да, но я это делаю по своему собственному желанию. Я тебе предлагаю защищать людей от таких, как Смеющийся Джек. От существ, которым не место в этом мире.
— Думаю, из меня выйдет хреновый защитник человечества, — хмыкнула я.
— А ты будешь это делать не ради человечества. Ты будешь делать это ради себя самой. Ты не смогла защитить одни жизни, но можешь защитить другие.
— Я не стану этого делать и я тебя, совершенно, не понимаю.
— Как интересно, моя дорогая! Мило болтаешь с нашим врагом?! — Джек, как
всегда, появился неожиданно. — И о чём же он тебе вещал, а?!
— Он болтал всякую чушь! — сказала я, тут же, сделав пару шагов ближе к клоуну и дальше от Александра. — А слушала я его, лишь, потому, что убить его ты хочешь сам!
— Умная собачка! — довольно ухмыльнулся Джек, а, затем, обратился к демонологу. — И что же тебе понадобилось от моего Монстра?!
— Я не собираюсь отвечать на твои вопросы, — покачал головой Александр.
— Вот как… Тогда, ты просто сейчас сдохнешь! — весело смеясь, сказал Джек.
«Ты, ведь, сейчас, возможно, навсегда теряешь шанс обрести свободу! — сказала я себе, смотря, как Смеющийся Джек приближается к Александру. — Этот тип сейчас умрёт и… и всё. У тебя больше не будет выбора, а сейчас… сейчас он есть. Пусть шанс и не стопроцентный… пусть есть вероятность, что ничего не получится, но… если ты не рискнёшь изменить ничего сейчас, то уже никогда не сможешь!».






