Она была одета в белое испачканное грязью свободное одеяние, у неё были длинные волосы, спускавшиеся до пояса и казавшиеся нечёсаными, лицо испачкано сажей
и искажено злобой, тёмные глаза сверкают яростью.
– Прекрати это, прошу тебя...
– здесь я была осязаемой, у меня были руки и ноги, я могла двигаться, могла падать на колени и, наконец-то плакать, отдаваясь на волю собственному отчаянью.
– Зачем ты это делаешь?..
– Зло должно быть наказано. Вы предали меня. Значит вам больше не жить.
– Ты нас создала, ты наша мать. Матери не убивают своих детей, - я всхлипнула.
– А дети не сажают своих матерей под замок, - ответила мне богиня, присаживаясь рядом с коленопреклонённой мною.
– Ты хоть представляешь, сколько лет я провела в заточении? Сколько лет мне пришлось унижаться, быть лишь подстилкой, выслушивать о себе гадости? И сейчас вы за все ответите сполна.
– Ты не можешь их всех убить.
– Почему нет? Начну, например, с твоего любимого Эвиана...
– я замерла, испуганно глядя на неё.
– Твоя память для меня как на ладони, я вижу, что ты чувствуешь к нему. Чем не плата?
– Ты всё равно этим не насытишься, - вдруг отчего-то вполне спокойно сообщила ей я, она кивнула:
– Именно. Мне нужны все они. Каждый из тех глупцов, как этот Данэйл, - богиня покачала головой.
– Он хотел себе карманную богиню, которая станет делать для него все, что угодно. Думаешь зачем ему понадобилось тело? Меня можно было выпустить и так, а так он хотел меня запереть в нем. Думал, я настолько глупа, что не замечу артефакта.
– Но мы не такие...
– Ты была просто использована, согласна. Хочешь, я оставлю только тебя в живых? Мм?
– мне улыбнулись очень коварно, наклонив голову.
– Люди даже не знают о том, что с тобой происходит, - попробовала я последний аргумент.
– Они не знают о тебе... думаешь, стали бы они намеренно причинять боль?
– Стали бы.
– Не все. Есть плохие люди, я знаю, но большинство просто не знает, оно считает, что магия - это просто... просто инструмент, бездушный. Мало кто на самом деле готов причинять боль намеренно.
– Ты лжёшь, - однако
голос богини уже не был столь уверенным.
– Тебе виднее, ты же у нас тут богиня, - пожала плечами я. Кажется, она была смущена моими словами, и точно сбита с толку. Хоть что-то... Я встала с колен, окончательно приходя в себя после этого выплеска эмоций и вытирая лицо от слез.
– Я и сама не знала этого, можешь посмотреть, тебе же доступна моя память. Об этом знает только род Эвиана и Фейнир, они хранят тайну, остальные - нет.
Она задумчиво прикусила нижнюю губу, а потом взглянула на меня, её лицо словно постепенно теряли остатки этого запального безумия, глаза перестали гореть, становясь вполне обычными - человеческими.
– Представь, сколько своих детей ты уже погубила там... по всему городу.






