Кровососы промедлили лишь миг, а потом бросились на них. Первыми погибли новенький и Мелан. Брикс смог связать боем одного из напавшей тройки. Второго связал Стрит. Больше они нечем не могли никому помочь. Оставшийся темный, походя, разделался с Затоном и Пироком и бросился на стоящего с круглыми глазами и наблюдающего за происходящим Романа. И тут Роман ожил, он с неимоверной скоростью уклонился от несшегося в его шею меча, блокировал кинжалом второй меч темного и своим клинком в свою очередь полоснул того по шее. Да так, что у того даже голова откинулась назад. В это время второй кровосос уложил Стрита и бросился на Романа. Брикс старался поскорей разобраться со своим противником и помочь Роману. Но он был связан боем. А затем произошло несколько событий одновременно. Со своим вторым противником Роман поступил, как и с первым. Он пропустил несшийся в его шею меч над собой, блокировал вторую руку темного и нанес ему удар по шее. Но тот уже заваливаясь, уронив меч, и выпущенными когтями ударил Романа по груди. Ударом располосовало куртку и грудь Романа до ребер. Брикс дернулся на это и пропустил удар своего противника, тот проткнул его мечом. Но Роман, уже падая, метнул кинжал, который пролетая, пощекотал щеку Брикса. И его противник стал заваливаться. Оглянувшись он увидел, что у того в глазу торчит рукоять кинжала Романа. Они еще успели взять друг друга за руки, когда их оставили силы, и они оба рухнули. Брикс еще успел сказать Роману.
– Ты хорошо бился.
От потери крови его сознание стало уползать. Но он еще успел увидеть, как на краю поляны появилась еще одна тройка темных. Но глаза закрылись, и он потерял сознание.
Придя в себя, Брикс не стал сразу открывать глаза, а прислушался. Вокруг был обычный шум. Стрекотали насекомые, щебетали птица, а по лицу у него что-то ползло. Спина и грудь болели, но пошевелиться было можно. Он открыл глаза и огляделся. Они лежали не в лесу на поляне, а в поле. С трудом сев он осмотрелся, пытаясь понять, как они тут оказались. Он узнал это место. Они здесь проезжали накануне. Отсюда до ближайшего селения было почти день конного хода. Ощупав себя, он обнаружил, что он цел. Амулеты на месте и лечебный амулет теплый. Значит, он все еще лечит его. Посмотрев на него, он понял, что тому осталось работать недолго, его заряд подходил к концу. Рядом лежал бледный Роман. Он придвинулся к нему и осмотрел его. Тот дышал. Медленно, но дышал. Раздвинув распоротые когтями темного края куртки, он с удивлением обнаружил затянувшиеся следы порезов. От виденной им ранее раны практически остался только след. Ни самих порезов, ни рубца не было. Он с удивлением ощупал Романа. Так как лечебного амулета у того до этого он не видел. Но так ничего и не обнаружил. По всем признакам Роман должен был скоро очнуться.






