Наверное, еще со средней школы, когда ее вместе с классом отправили на экскурсию в библиотеку, тогда она и узнала, как правильно искать нужную информацию в толстенных зеленых томах, как правильно записывать имя, дату и номера необходимых изданий. Пока что у Сюзанны было не так много данных. Все, что ей удалось почерпнуть из онлайн исследований так это то, что отец Маркус Стернс работал в Пресвятом Сердце почти двадцать лет, исключительно в одном приходе. Также, по всей видимости, Отец Стернс выступал в качестве духовника для соседнего прихода сестер-бенедиктинцев. Одна из них вела свой блог и там отметила, что очевидно отец Стернс родился в Нью-Хэмпшире, как и она сама. Предположение, что он окончил семинарию в возрасте двадцати восьми лет, означало, что ему
примерно сорок семь или сорок восемь лет. Таким образом, Сюзанна знала его имя, приблизительный возраст и место рождения. Хоть что-то для начала.
К полудню, Сюзанна снова сдалась. В библиотеке не было практически ничего на Маркуса Стернса. После еще одного забега к полкам с периодикой девушка узнала, что существовал такой Маркус Стернс, ему было около сорока лет в 1963 году и жил он в Нью-Хэмпшире. По крайней мере, это было то же самое имя, но не возраст. Возможно, родственник, решила она, и продолжала копать.
К часу Сюзанна осознала, что напала на какой-то след.
Маркус Август Стернс, рожденный в Англии в 1920 году, был наследником барона. Он приплыл в Новую Англию, тогда ему было около тридцати лет, и использовал свой титул, чтобы жениться на необычайно богатой наследнице. Невеста, Дейзи, как и полагалось девушке, зачитывающейся любовными романами Эдит Уортон, вышла за барона, несмотря на то, что его титул был единственным, что он мог предложить. Спустя год в браке Дейзи родила дочь, Элизабет Беннетт Стернс. Как оказалось, она была не только поклонницей Эдит Уортон, но и Джейн Остин, отметила Сюзанна. И еще меньше чем через год, с восторгом обнаружила девушка, родился сын, Маркус Леннокс Стернс. Далее след исчезал. Казалось, Маркуса-младшего вообще не существовало. Ни школьных отметок, ни записей в колледже, вообще никаких упоминаний.
Сюзанна откинулась на спинку стула, в тесной библиотечной кабинке, и закрыла глаза.
Католические священники практически ничего не зарабатывали. Никто не стал бы работать католическим священником, ради того чтобы разбогатеть.
И все же, если это был тот же Маркус Стернс, то для того, чтобы стать священником, он должен был отказаться от огромного наследства и титула, хоть и незначительного, в среде британской знати. Верилось в такое с трудом. Тем не менее, существовала и такая возможность.






