А потом Стеин спокойно, будто в будничном разговоре, помахал рукой Андре, который отошёл вместе с Тришей и со стороны непонимающе глядел на взрослых, которые, похоже, на его взгляд, ссорились или ругались между собой:
– Андре, подойди сюда. Ты ведь сидел здесь, с Тришей?
– Да, - ответил мальчик.
–
А Хакон сюда не спускался? Мы не можем найти его наверху, - так же спокойно добавил младший Дракон.
– Но ведь Хакон… - изумлённо начал Туазал, но Стеин обернулся к нему и покачал головой.
– Нет. После того как вы ушли, он сюда не приходил, - сказал Андре и даже головой покачал, подтверждая.
Бетани тоже, как и Туазал, хотела переспросить у Стеина, зачем он затевает этот странный и бесполезный разговор, но внезапно глаза мальчика потеряли сосредоточенность. Теперь он смотрел словно в пустоту. А потом Андре заговорил. Только голос его уже отличался от того, каким он только что говорил со взрослыми. Низковатый и безразлично спокойный.
– Он лежит на странной штуке. Она как телега. Только очень гладкая. И на ней всякие шесты и оглобли с верёвками. Ты, Стеин, и другие воины крадутся недалеко от него. Хакона везут по лесу. И его охраняют… лесные демоны?
– ахнул мальчик, и его глаза вновь обрели осмысленность.
– Стеин, что случилось с Хаконом?!
– Тихо-тихо, мальчик, - шёпотом велел младший Дракон, кивая на людей, которых мог испугать вопрос Андре.
Шелестом сухого листа, упавшего на сухие травы, прозвучал голос Туазала:
– Мальчик - прорицатель?
– Он Сплетающий судьбы, - шёпотом напомнил Стеин и оглянулся на звук новых шагов на лестнице.
– Сейчас наша судьба сплелась с судьбой Хакона, а значит… Туазал, нас ищут. Пора переговорить с Перси насчёт обороны замка в наше отсутствие и начать подготовку в логово врага. Ты прав. Группа должна быть небольшой. Так будет легче добраться до места.
Спустя несколько торопливых минут мост был опущен, и по нему на лошадях проехали всадники. Впереди всех - Туазал. Чуть позади - Стеин. За ними остатки Копья Туазала - трое наёмников. И Открывающие, одетые в мужское платье.
Сжимая руки, Бетани смотрела на светлеющее небо и мысленно молилась, чтобы их путь был лёгок. Чтобы они все вернулись.
Чтобы привезли назад живого Хакона… Как молились все, кто молча стоял рядом, глядя на пустошь, которая вела к нечистому лесу…
… Телега ехала, подпрыгивая на всех кочках и колдобинах. На одном из ухабов её тряхануло так, что лежавший без сознания Хакон начал приходить в себя. Он с трудом открыл глаза - в серое небо. Снова закрыл, потому что держать их открытыми было больно до такой степени, что непроизвольные слёзы полились по лицу. Когда он сумел осмыслить происходящее, это его поразило.






