Задыхаясь от нехватки воздуха, Хакон старался вытащить вторую руку из-под чудовища, одновременно умоляя: “Только не сломать бы!” и рыча: “Будь ты проклят, монстр!” Ног он уже не чувствовал, а масса, остановившаяся на нём, давя на грудь и прогибая рёбра, всё ещё пыталась двинуться, но, кажется, меч, вошедший в её тушу, или ранил её, или создавал неприятные ощущения, с которыми она и пыталась разобраться, потому что двигалась подобно маятнику: то назад с тела человека, то вперёд, вроде как думая не обращать внимания на рану.
Вот туша сильно дёрнулась вперёд. Хакон охнул, буквально услышав, как затрещали рёбра. Плечо от нового толчка взорвалось болью, будто рукоять меча, который теперь поневоле соединял Дракона и чудовище-невидимку, собиралась проткнуть его.
Оно обмякло.
Хакон дышал рывками, мелко-мелко, лишь бы ухватить порцию воздуха, необходимую, чтобы выжить. Теперь он лихорадочно соображал следующее: что чудовище сдохло - он знал, потому как туша лежала на его теле и определить его смерть было легко. Но как вылезти из-под неё?!
Рука,
неловко закинутая за голову, после того как направила меч в тушу, странно горела, но, тем не менее, Дракон сумел поднять её и опустить перед собой - точней, на тушу. Так. Что дальше?
– Дракон… - услышал он сип.
– Ты… жив?
Он бы рассмеялся, не будь придавлен чудовищем.
Отвечать не собирался. На это уходят силы. А ему они нужны для другого.
Как ни странно, именно в этой ситуации мозги прочистились, и Хакон понял, что его волновало из-за исписанных стен и что именно ему нужно сделать, чтобы освободиться от монстра, придавившего его к полу.
Стена - в двух шагах от него, лежащего. Он стоял близко к ней, чтобы рассмотреть странных светляков. А значит, вероятно, повезло.
Он вжался в пол, насколько это возможно. Не получилось. Он и так распластан на плитах. Куда ещё дальше. Зато обнаружил, что может шевелиться - самую малость, но и этого достаточно. Собравшись с силами, Хакон попробовал отжаться от громоздкой туши в сторону. Получилось лишь ворохнуться - для чужого глаза Дракон и движения не сделал. Но движение получилось. Это он сразу сообразил, едва рукоять меча, воткнутая в его плечо, соскользнула с места и теперь упёрлась ему в шею. Но не сильно, без давления. Вот сейчас можно приподнять свободную руку, чтобы она упала между грудью и шеей.
Прошло немало времени, прежде чем Хакон сумел заставить меч медленно разрезать ту часть туши, что прижимала его к полу. Втянув первый полноценный вдох, который получился благодаря рассечению, Дракон, чувствуя себя мясником, отдышался, а потом, снова чуть дыша, поднял меч и направил его за голову, на стену.






