Те же громадные бронированные твари, неожиданно гибкие в своей бронированной чешуе, одну из которых только что убили два Дракона.
Чёрный воин стоял, не шевелясь. Но медленно росла его фигура, расширяясь и поднимаясь к потолку той залы анфилады, где он стоял. Вскоре он вытянулся в высоту, позволявшую ему стать выше своих бронированных стражей. Одновременно он менялся. В самом начале изменения лопнула на нём одежда и провисла на увеличивающемся теле разодранными лоскутами. Лицо, и так поражавшее воображение своим равнодушием, сейчас покрывалось мелкими чешуйками, преображавшими его в безликую маску, на поверхности которой лишь горели жёлтые глаза, будто обливаемые коричневой гнилью. Бугрившиеся мышцами ручища в полной тишине с треском обнесло костяными наростами. А когда бывший воин коснулся головой потолка, выскочившие на макушке рога обрушили часть второго этажа. Потолок-пол
провалился, обдавая повелителя нечисти камнепадом и пылью. Едва расчистилось пространство наверху, как за спиной повелителя, обзаведшегося мощными ногами с копытами, с грохотом распахнулись кожистые крылья, а бронированные чудовища-стражи почтительно отодвинулись в стороны… Обнажённое тело повелителя нечисти неуловимо словно облилось странными красками - и вот он уже обзавёлся плащом, с которого падали странные и зловещего вида насекомые, а на мерно вздымающейся груди поднимались и опускались в ритм дыханию связки (не назовёшь бусами или подвесками!) драгоценных камней.
Хладнокровно наблюдавший трансформацию человека в чудовище, Туазал задумчиво сказал:
– Мы собрались сюда, чтобы найти тебя, Хакон. Но, кажется, нам сейчас придётся выдержать решающий бой. Женщины, бегите, пока не поздно.
– Женщины останутся, - мрачно сказала Антия, которая, как и Карина, только что убрала руки от запястья своего Дракона и теперь натягивала тетиву со стрелой.
– Потому что им не уйти, если что. Так лучше погибнуть здесь и сейчас, чем ждать страшной смерти чуть погодя.
Туазал всмотрелся в глаза Антии, затем оглянулся на своих наёмников. “Копьё” из последних троих было готово к бою.
– Ксимон, ты говорил - повелитель носит с собой печать, - обернулся к отрубленной голове Хакон, заледеневший в решимости.
– Какова она? Как её отличить от других безделушек на груди этого чудовища? Ты говорил - это овальный знак из золота. Но на груди повелителя их столько, что не отличишь один от другого.
– Если послать в этот знак драконью магию, то на нём вспыхнет знак Дракона, - печально сказала отрубленная голова, которая теперь болталась на поясе Антии.
– Но как послать - этого никто не знает.






