— Я бы не назвала это разговором, мистер Холланд, — холодно отвечаю я. — Ваши гневные высказывания не тянут на нормальный ответ, а на то, чтобы называть это «разговором» уж тем более, — набираю воздуха в лёгкие и продолжаю прежде, чем он сможет открыть рот. — Благодарю за столь тёплый приём и посмею упомянуть, что рада видеть Вас в полном здравии. Всего доброго.
Разворачиваюсь на каблуках и поспешно направляюсь к двери, хлопнув ею.
— Ублюдок! — срывается с моих губ. — Долбаный идиот!
— Ты в порядке? — голос Гэвина вырывает меня из внутреннего гнева.
— Гэвин, — голос срывается, — что ты здесь делаешь?!
— Чарльз сказал забрать тебя…
— Чёрт побери, забрать у моего дома! — зло тараторю я, садясь в машину так, чтобы нас никто не заметил.
Гэвин
быстро обходит автомобиль и, сев за руль, нажимает на газ.
— Ты ведь не скажешь Чарльзу? — в его голосе явное беспокойство.
— Нет, но из-за твоей выходки мне придётся на пару дней прекратить визиты к Уэльсу, что ни к чему хорошему привести не может, — зло отвечаю я, оглядываясь по сторонам в надежде, что за нами никто не следит. — Ты не замечал ничего подозрительного?
Гэвин тут же отрицательно мотает головой:
— Все было тихо.
Я ёрзаю на сиденье и прихожу к единому выходу:
— Мы должны на день покинуть город, — достаю телефон из сумочки и набираю СМС своей тётушке. Она тут же присылает адрес своего ранчо и упоминает о местонахождении ключей.
Я отвечаю ей благодарностью в письменном
виде и пересылаю адрес Гэвину на телефон, чтобы тот смог воспользоваться навигатором.
***
Схрена я должен чувствовать вину перед этой чёртовой мисс Прайс?!
Я не просил её навещать меня каждый долбанный день!
Хватило бы одного раза, чтобы убедиться, что я жив и здоров. А ещё я нихрена не помню о своей прошлой жизни и понятия не имею, что мне делать дальше.
Пустые полки в ванной, гостиной и даже кухне каждый раз вводят меня в ступор. Особенно когда я пытаюсь свыкнуться с тем, что попал в аварию, и всё придется начинать с чистого листа.
Но не настолько же чистого, что в этой долбанной квартире нет ни одного предмета, который мог бы напомнить мне о прошлом.
Хотя бы чуть-чуть.
Чтобы хотя бы понять, умел я готовить, или нет.
Ухаживал я за этими гребаными цветами на подоконнике, или они вообще…искусственные?
Я тянусь рукой к кактусу,
который больно впивается мне в палец, и снова громко выругиваюсь в пустой квартире.
Кидаю взгляд на настенные часы и замечаю, что уже далеко за полдень, а она так и не пришла.
Обиделась?
Она не похожа на девушку, которая обижается из-за таких пустяков.
А пустяк ли это был, в каждом предложении использовать частичку грубости?
Отец всегда говорил, что холодный тон и грубое обращение действуют безотказно.
Видимо, действительно подействовали.






