Он закрывает за мной дверь, а затем, обойдя меня, направляется на кухню. Я следую за ним, пытаясь понять, не перепутала ли я всё в очередной раз. Но нет, он действительно ждёт меня именно там.
— Вино? — спрашивает он, придерживая в руках бутылку с белым полусухим.
— Чаю, — добродушно отвечаю я.
Хмыкнув, он ставит бутылку на стол и поджигает плиту. Секунда, и на ней уже стоит наполненный водой чайник.
— Дегустируете? — заметив несколько бутылок алкоголя, спрашиваю я.
— Пытаюсь понять, действительно ли я был барменом, — смотрит мне в глаза.
Мои брови ползут вверх.
— Есть сомнения? — мой вопрос звучит так, будто он самый настоящий идиот, если действительно так думает.
— Учитывая тот факт, что я нахожусь не в своей квартире, не в своей одежде — имею смелость предположить, что гребаный бармен — совсем не моя профессия, — заканчивает Уэльс, поставив бутылку на стол.
— И как успехи? — пропускаю мимо ушей очередное гадкое слово.
— Хотите попробовать? — он протягивает мне шот.
Я качаю головой.
— Вот и я тоже.
Присаживаюсь
на высокий стул, закинув ногу на ногу и кладу руки на стол перед собой.
В это время он хозяйничает у плиты, отчего по моему телу разливается непонятное мне тепло. Словно я нахожусь у себя дома, а мужчина у плиты — мой отец.
Склонив голову на бок, я разглядываю его спортивные штаны, достаточно хорошо сидящие на его бедрах, а затем скольжу взглядом чуть выше и останавливаюсь на широких плечах.
Со времен Академии Уэльс заметно возмужал, что несомненно придавало ему мужского шарма.
— Сахар? — хриплый голос будоражит внутренности.
— Две ложечки, — отвечаю я, поёрзав на стуле.
Повернувшись ко мне передом, он направляется к столу и кладет на него подставку. Только потом ставит кружку, наполненную горячим чаем. Компанией ко всему этому становится несколько кексов в корзинке.
— Благодарю, — я робко улыбнулась.
Он — единственный мужчина, который пытается меня накормить, а не изнасиловать в таком виде.
Уэльс, словно не слыша меня, продолжает смешивать алкоголь и на мгновение останавливается, будто вспоминая, всё ли правильно сделал.
В какой-то момент
мне кажется, что тишина затянулась, и я хочу задать ему ещё несколько вопросов. Но вместо этого поспешно запихиваю в рот кекс и рассыпаю по всему столу крошки.
Сразу подставляю руку и пытаюсь сгрузить всё рассыпанное себе в ладонь, когда как замечаю улыбку, растянувшуюся на лице Остина. Он пока не поднимает голову, пытается сделать вид, что очень заинтересован составом вина. Но я всё же вижу, как он старательно скрывает свою усмешку.
В какой-то момент мне и самой становится смешно, но лишь потому, что во всём происходящем хаосе на моей половине стола, кусок кекса до сих пор находится у меня меж зубов.
Мужчина поднимает голову и хмурит брови.






