Его шерсть разлетается во все стороны, и я прихожу к выводу, что не мешало бы купить какую-то щётку или, что ещё лучше, вообще постричь его налысо.
Эта мысль заставляет меня улыбнуться впервые с того момента, как она ушла.
Ушла?
Сбежала!
И даже не попрощалась!
— Ты однозначно заслуживаешь самое отвратительное имя в мире, — зло проговариваю я, глядя в зелёные глаза кота.
***
Выходя
из троллейбуса, я поспешно направляюсь в сторону его дома, роясь в сумке и пытаясь найти билет на самолёт. Очень надеюсь, что у него не было никаких планов на одиннадцать утра, потому что ждать его у меня совсем нет времени.
Попытка связаться с ФБР и оповестить их о том, что Уэльса срочно нужно вывезти из города авиарейсом, заняла почти час, так как к ним всё ещё не выслали новые документы Остина.
Что очень странно.
А если честно признаться, то работа в штабе полетела к чертям, как только Уэльс впал в кому.
Да, он был лучшим агентом, но чёрт возьми, он ведь не руководителем, а всего лишь агентом.
Уф.
Открыв дверь дома, я поднимаюсь по лестнице и подхожу к двери. Стучу три раза.
Сегодня я чувствую себя куда уверенней, так как тёмно-синяя юбка ниже колена, а блузка без пуговиц.
Дверь распахивается.
— Мистер Холла…
— Всего доброго, мисс Прайс, — холодно проговаривает он, выходя ко мне на встречу.
Я делаю шаг назад, чтобы между нами было хоть какое-то расстояние,
а он поворачивается ко мне спиной и запирает дверь.
— У Вас какие-то планы, мистер Холланд? — интересуюсь я, скрестив руки в замок.
— Да, и в мои планы не входит очередной бесполезный разговор с Вами, — его лицо непроницаемо.
Я не понимаю почему, но его слова мне неприятны.
— Тогда я отниму у Вас всего минуту, мистер Холланд, — я пытаюсь не выглядеть обиженной, но всё равно прячу взгляд.
— Время, это такая роскошь, мисс Прайс, и я не собираюсь раскидываться им направо и налево, — Остин не отступает и делает шаг вперёд.
Между нами больше не осталось места.
Я не двигаюсь, он тоже.
Некоторое время он медлит, словно ждёт от меня каких-либо действий, а затем обходит и направляется
к двери.
— Мистер Холланд, выслушайте меня сейчас же, — моему гневу нет предела.
— Прошу Вашего грёбаного прощения, мисс Прайс?! — оборачивается он, тяжело дыша.
Я прочищаю горло, сдерживая в себе все те гадостные слова, которые могли бы ежесекундно полететь в его сторону, и спокойно произношу:
— Мистер Холланд, социальная служба в свой юбилей делает каждому пострадавшему в аварии и потерявшему память — подарок, — ровно проговариваю я и протягиваю авиабилет в его сторону. — В Вашем случае — это Фестиваль Виски в Шотландии.
Он сощурил глаза и заиграл желваками.
— Похоже на то, что я мечтаю побывать в ёбаной Шотландии? — его голос ядовит.






