Жрец, дождавшись паузы в беседе, тихо кашлянул и сделал шаг к королю.
— Ваше Величество, благодарю за честь присутствовать на этом прекрасном празднике.
Король повернулся и с теплой улыбкой пожурил: «К чему эти церемонии, мой добрый друг, ты всегда желанный гость в моем доме!»
Ле застыла, с восхищением взирая на Ринна. Он оказался выше, чем она предполагала, ее макушка вряд ли бы достала даже до его плеча. От него веяло удивительной силой и уверенностью. А глаза оказались синими, как небо безоблачным летним днем, и чуть-чуть уставшими с сеткой морщинок.
— Ваше Величество, я хочу вам представить одну очень талантливую особу. Я думаю, вы слышали о ней. Именно она получила знаменитый Кадуцей после славной битвы в земле пандаренов. И выказала
недюжие способности. Так сказать, свежая кровь и надежда в нашем Ордене. Госпожа Лейна Андервест, — Астера чуть повернулся в сторону Ле.
Король перевел взгляд на жрицу. Она понимала, что он наверняка привык к восторженным взглядам юных дурочек, и хорошо, что не придется краснеть за свое детское обожание. Но чтобы это выражение лица скрыть побыстрее, Ле присела в глубоком реверансе. Пожалуй, даже глубже, чем требовалось, чтобы подольше там и оставаться, тихо молясь, чтобы король вежливо кивнул и начал разговор с кем-нибудь еще. Но ее мечтам суждено было в очередной раз за сегодняшний вечер скончаться в страшных муках. Опущенные долу глаза увидели большую ладонь, протянутую ей. Куда Ле и вложила свою чуть дрожащую руку. Рукопожатие было крепким, его руки горячими. Подняв глаза, она встретилась взглядом с королем, в нем сквозил интерес и что-то еще. Вот этому «чему-то еще» Ле описания дать не смогла.
— Рад знакомству с вами, Лейна. Много наслышан о ваших подвигах и сейчас, увидев вас, удивлен, что на плечи хрупкой девушки легли такие испытания.
Ле билась до последнего, но организм предательски ее подставил. Щеки наверняка были пунцовыми от смущения. Очень надеясь не прослыть невеждой, она кивнула. Король улыбнулся и перевел взгляд на стоящего справа от него высокого эльфа в изысканном наряде. Ле же перевела дух, поклонилась Астере, который в этот момент о чем-то говорил с одним из своих жрецов, и, получив ответный вежливый кивок, начала медленно
отступать в толпу. И тут пришло осознание, что король ее руку так и не выпустил! Вот это была паника!
Ле подумалось, что битвы — самое легкое в жизни, и вот если сейчас она выживет, то вот тогда жрице и можно ставить памятник. Метавшийся взгляд наткнулся на наблюдавшего за ней с улыбкой короля. Жрица опять покраснела, хотя куда уж больше, драпировка трона и так блекла на фоне ее лица.






