ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Джокер, Автор - Орлова Вераника, , Жанр - Современные любовные романы, Любовные романы. Читать бесплатно и без дополнительных условий, книга полностью. Джокер Орлова Вераника Джокер, Автор - Орлова Вераника, , Жанр - Современные любовные романы, Любовные романы. Читать бесплатно и без дополнительных условий, книга полностью. Ульяна Соболева и Вероника Орлова Джокер Слово от автора Скажу сразу, эта книга лично для меня особенная, отличающаяся от других. Во-первых, конечно, потому что это наша первая книга в жанре СЛР. Во-вторых, это триллер — жанр, бесконечно нами обожаемый. Немного необычная история со странными главными героями и запутанным сюжетом. История, за которую я безмерно благодарна Ульяне Соболевой, благодарна за то, что поддержала эту сумасшедшую идею и вселила уверенность в том, что ей обязательно нужно подарить жизнь. Сейчас, после трех месяцев работы, долгих обсуждений поворотов сюжетной линии, так странно вспоминать, что она родилась из одной только фразы. Странно и в то же время очень важно понимать, что есть подобная связь, и что она не исчезает, а крепнет и дает свои результаты. Вероника Орлова. Немного о самом романе. Это непривычный для вас жанр в нашем исполнении. Психологический триллер. СЛР. Для всех тех, кто ожидал подобного жанра, для тех, кто любит триллеры и является поклонником "Восемь. Знак бесконечности" наш новый роман с Вероникой "Джокер". Если вы любите интригу до последнего момента, мурашки по телу, адреналин, страх, оголенные нервы, дикую ст

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Гордеев меня больше не получит.

— Я убью вас обоих.

— Убей нас обоих.

— Не страшно?

— Нет. Потому что я сказала, что Гордееву ничего не светит. И скоро он перестанет приходить.

— Смотри мне.

— Ревнивый монстр".

Гордеев и правда перестал со временем приходить… как и Джокер. Его становилось все меньше и меньше. Врач говорил, что пока Костя остается сам собой, он не опасен. И это хороший знак. Это ремиссия, которой мы все и добивались.

А я полюбила его настоящее имя. Каждую букву. Теперь это был действительно он. Мой любимый. Обнаженный до костей. Без единой маски. Даже без кожного покрова. Раскрытый и беззащитный передо мной, как и я перед ним. И я видела этот радостный блеск в его глазах, когда выгибалась под ним в экстазе и кричала его имя… Когда звала его или писала это имя в смсках.

Нам

хотелось, чтобы все было, как и у других. Радости хотелось, любви. И мы любили. Взахлеб. С таким отчаянием, на которое способны только те, кто боятся потерять свое счастье в любую секунду.

"Мой воображаемый друг, воображаемый…

лестницы, ведущие вниз, уничтожаю я.

облаков перина станет нам с тобой кровать.

в зеркалах невидимый, но столь обожаемый,

мой воображаемый друг, воображаемый,

но пока ты рядом, моя плоть не ляжет спать".

Я не просто боялась, меня трясло от панического ужаса, когда я вдруг видела потемневший взгляд и стиснутые челюсти. Я его срывы чувствовала еще до того, как они начинались. Я заставляла его смотреть на себя, мне в глаза, сжимала его ладони и прижимала к своей груди. Пока не начинал дышать ровнее, спокойней и вымученно не улыбался мне, привлекая к себе. И только я знала, какой жуткой участи избежал наглый водила на парковке или отмороженный сопляк возле киоска… Никто из них даже не догадывался, какой зверь стоит рядом и на что он

способен.

"— Зачем мне лекарства, Мирааа, ты мое лекарство. Доктора должны прописывать тебя внутривенно. Три раза в день.

— Я у тебя есть намного чаще, не жалуйся, Туманов".

Он смеется, а глаза это счастье не трогает. Где-то там в зрачках все еще прячется его тьма. Едва уловимая, как тварь, которая затаилась в кустах и ждет, когда сорвется с поводка и сможет кого-то сожрать.

Мне снились иные кошмары… мне снился он с пистолетом у виска, на коленях, с усталым, измученным взглядом, и мой ужас от понимания, что теряю. Дрогнет его палец и все… и нас обоих не станет. Он держит меня, а я его. Иначе мы раскрошимся оба. Он руку вперед вытянул, чтоб не смела шаг сделать, а я тоже на колени напротив него падаю.

"Ну а здесь пастельные тоны, постельные стоны

я вышел весь, свет луны умчится вдаль,

в лесов теплынь, полей хрусталь, сотрет эмаль…

ласково погладят виски вороненой стали куски".

"— А как же я… как же я, Костяяя? У меня нет никого больше. У НАС нет никого.