Та оскалилась, но не шелохнулась. Возможно, Фрай все же сам немного «связал» ее, чтобы она не дернулась. Некоторое время лицо его выражало сосредоточенность, но меньше, чем через минуту, она сменилась удивлением.
Фрай опустил руки, посмотрел на меня и выдохнул всего два слова:
— Это химера.
Глава 4
— Она гибрид.
Слова моей коллеги Маль Фостер еще звучали у меня в ушах, когда поздним
вечером я вернулась домой. Невысокая и на вид хрупкая, но на самом деле гибкая и сильная, как я убедилась за годы совместной работы, девушка-каори заведовала у нас медицинскими вопросами. Она пришла к этому выводу после пяти часов исследований.
— Она наполовину хамелеон, в стадии обращения. Но на вторую половину она… — темные, миндалевидные глаза на чуть смуглом лице посмотрели на меня через стол. — Это ты.
Я тяжело сглотнула, а Фрай, присутствовавший на совещании, поскольку я уже успела втянуть его в это дело, заметил, повернувшись к Маль, рядом с которой сидел:
— Я же так и сказал. Просто мы называем их химерами: существ, которые созданы из других. Точнее, называли, пока заклятие Химеры не было утеряно вместе с ритуалом, в результате которого происходило объединение организмов. Теперь это легенды.
— Похоже, кто-то нашел то, что вы потеряли, и вернул легенду к жизни, — с этими словами Берт выложил на стол переговорной небольшой планшет. — Мы нашли эти записи в доме Карины Рантор. Все пока изучить не удалось,
поскольку там месяцы видео и аудио записей, а также много текстовых документов и зашифрованных файлов. Но кое-что уже понятно. Проект, над которым работала Рантор, назывался «Ангел», а эту девушку, что мы нашли в ее доме, она звала Ангелиной или просто Линой.
— И в чем суть проекта? — с явным любопытством поинтересовался Фрай, глядя на меня.
Конечно, записи с планшета Берт поручил изучить мне, в этом и состояла моя работа: собирать и изучать информацию, делать из нее выводы. И именно из-за меня мы не успели продвинуться далеко: вместо того, чтобы быстро «перекапывать» файлы, как обычно, я подолгу «зависала» на просмотрах некоторых, следя за своим двойником. За тем, как она говорила, что и как делала.
— В создании суперсолдата и супершпиона. Ангелина — это сочетание не внушающей опасений внешности, незаурядного ума — простите, если это прозвучало нескромно, — и невероятной силы. За последнее, очевидно, отвечает природа хамелеона. Как и ящерицы, она почти неуязвима, ее регенеративные способности даже выше, чем у них. И еще… она безжалостна.
Я медленно выдохнула, вспоминая запись, с которой почерпнула большую часть озвученной информации. Рантор называла это «третьей фазой эксперимента», а со стороны это выглядело
как бой без правил: девушка-гибрид против одного из наемных охранников.






