— Я бы так никогда не поступила. Почему должна она?
— Сама же сказала: вы уже не идентичны.
— Подловил. Ладно, если ты так переживаешь, давай придумаем какой-нибудь код, который будем знать только мы двое. Пароль и отклик.
Он хмыкнул, криво улыбнувшись. Понял, что я это не всерьез, но ухватился за мое предложение.
— Если я однажды засомневаюсь в том, кто ты, я спрошу: где ты взяла мачете?
Несмотря на тревожное состояние — а может быть, и благодаря ему, — я рассмеялась
в голос. Однажды во время расследования на нас напали живые лианы, иначе это назвать невозможно. У меня при себе оказалось мачете, которым мы и отбились, а Берта этот факт поразил до глубины души.
— Но Лина ведь тоже знает, что мне его подарил университетский друг, — возразила я, отсмеявшись. — Это не подходит.
— Подходит, если мы с тобой договоримся, что правильный ответ… например, в сувенирной лавке купила.
Берт улыбался, но взгляд его оставался серьезным, поэтому я не стала никак этот комментировать. Просто кивнула, давая понять, что запомнила. Все равно не пригодится.
Он еще что-то хотел мне сказать, но деликатное покашливание позади остановило его и заставило обернуться. В дверном проеме стоял Маркус. И мне показалось, что в его взгляде промелькнуло нечто похожее на ревность.
— Я вам не помешал?
Кажется, Берт тоже что-то такое почувствовал, потому что поспешно сделал пару шагов в сторону, увеличивая расстояние между нами.
— Уже все готово? — вместо ответа спросил он.
Маркус неопределенно мотнул головой.
— Почти, но не совсем. Я просто хотел поговорить с Нелл перед началом.
— Тогда оставлю вас, — предложил Берт, делая еще два шага к выходу и бросая на меня последний взгляд: — Мы уже друг другу сказали все, что могли.
Маркус закрыл за ним дверь, после чего улыбнулся мне и подошел ближе.
— Как настрой? Не боишься?
— Шутишь? — Я вытянула вперед руку с раскрытой ладонью. Она ходила ходуном, словно накануне я сильно перебрала. — Я в ужасе.
Он внезапно сжал мою ладонь в обеих руках. От его прикосновения сердце в моей груди подпрыгнуло к горлу, а потом упало в живот и затрепыхалось
там как сумасшедшее.
— Но все равно сделаешь это, — тихо сказал Маркус, и это не было вопросом. — Ты совсем не изменилась. Все такая же решительная. Глаза боятся — руки делают. Мне всегда нравился этот твой подход к работе.
Я наверняка покраснела, как школьница на первом свидании. Он стоял рядом, держал меня за руку и в его взгляде я наконец видела то, что когда-то отчаянно мечтала увидеть. И не только, потому что тогда я мечтала лишь о проблеске интереса, а теперь получила нечто большее. Нечто завораживающее, головокружительное, от чего пересыхало во рту и становилось трудно дышать. При этом оно пугало, потому что казалось темным и немного порочным.






