– Ты никогда не был одним из нас, ты получил наше тело, но ты мыслишь как человек, способен
мыслить, в этом и заключается твоя уникальность - ты один можешь видеть вещи из обоих миров в правильном свете. Как и твоя дочь.
Я смотрел на рисунок в своих руках и не сразу понял, что на нем изображено. Два голубых круга. Один на белом фоне, другой на зеленом. Краски точно светились изнутри. Не бумага, а два сложенных вместе тонких стеклянных листа, а между ними изображение, выложенное из кусочков разноцветной мозаики. Но стиль я узнал в мгновение.
– Это Ив? Это ж Ив, ты видел ее, она дала его тебе? отвечай!
– схватив Мерта за здоровую руку, я ткнул рисунок ему в лицо.
– Она дала его мне, чтобы показать тебе. Она сказала, что это ее мечта.
– Мечта...
– я растерянно уставился на изображение.
– Ты не ответил, где она?
– Ты знаешь, где ее искать.
– Туда?
– я посмотрел за преграду, на яйцо.- Но как мне пройти? Ты же изменил меня, смотри, в кого я превратился!
– я поднял ладони, испещренные линиями и завитками.- И все равно я не могу попасть внутрь. я прошел через ключи, через клятые молнии, через лес кристаллов, в которых вы запираете живое словно экспонаты в музее, что еще я должен сделать, чтобы вернуть ее? Отдай мне мою дочь!
– Я не могу отдать тебе то, что не мое. Она принадлежит
Цефеиду.
– Цефеиду?
– подняв ладонь, сквозь пальцы я посмотрел на расплывчатый белый круг планетной звезды.- Черта с два. Она - моя. Моя, Ирины и Лизы, моей семьи и никакая сила не отнимет ее у меня,- собрав все силы, я ударил кулаком по податливой поверхности преграды. Боль точно от пореза прошила кисть. Второй удар и третий - ничего не изменилось. Будто я бил в упругую мембрану - чем сильнее - тем большая отдача. На пятый раз что-то хрустнуло в локте. а на шестой Мерт поймал мою руку.
– Нет нужды калечить себя. Ты можешь поступить проще.
Забери то, что должен
– Стой, что ты...- я не успел остановить Рогатого, когда он одним махом используя грань кристалла отсек себе изящную витую ветвь, возвышающуюся над головой и протянул ее мне.
– Это моя связь с Сифей. С ее помощью я мог воспринимать ее чувства и желания. Используй их так как считаешь нужным. Может быть
ты сможешь понять ее лучше, ведь ты - отец ее медиума.
Острая боль пронзила ладони, будто в них вонзили раскаленные железные прутья, рога пошли пикселями и растворились, впитавшись в кожу ладоней. Голограмма?
– я потряс руками - с кончиков пальцев закапала вода.
– Кровь,- поправил Мерт - по его вискам и лбу тоже стекали почти прозрачные струйки.
– Ты ранен, быть может умираешь!
– зубами я оторвал рукав куртки, но бывший Рогатый остановил меня.
– Не нужно, так и должно быть - это информационная матрица, половину я уже отдал тебе в видениях, сейчас пришло время оставить и вторую. Ты займешь мое место как голос и воля Сифей.






