– Странно, не понимаю,- сказал он через какое-то время.
– Что странно, объясни толком,- Лиза как раз закончила ощупывать кости Травки, но переломов тоже не нашла. Только настораживало темное пятно, расплывающееся на коже левого бока. Неужели внутреннее кровотечение? Учащенный пульс и бледность -
многое указывало на страшную правду. Если Глеб поймет - он забудет про корабль.
Лиза сглотнула, внезапно ощутив тошнотворный страх. Она не привыкла бояться и чувствовать себя такой бесполезной. Она боялася за состояние Травки, за реакцию Глеба, но отчего-то больше всего ее пугали колеблющиеся ледяные ветви, которые окружали корабль. Откуда они росли?
Ветви едва заметно колебались, царапая обшивку раненого судна и этот звук зарождал в душе девушки непреодолимый ужас - до дрожи.
– Нам нужно уходить,- сказала она.
– Ты не ответила на вопрос,- прорычал Глб, делая новую попытку подняться.
– Сначала выведи нас отсюда. Это западня.
– Черта с два я буду...
– Не для нас.
Пораженная Лиза опустила голову и увидела, что Травка смотрит на нее затуманенным взглядом.
– Со мной все будет хорошо, и чего ты так волнуешься. Побывала в переделках и похуже. Только холодно очень, есть чем укрыться?
– пожаловалась она. Лиза поспешно стянула с себя курточку и накинула на грудь раненой.
Глеб едва не распластался на полу, видя, что с подругой все в порядке. Но Травка понимала лучше - это лишь временное
облегчение. Не может человек, в которого открылось внутреннее кровотечение чувствовать себя хорошо. Должно быть Травка тоже понимала это, вот и пыталась отвлечь друга.
– Западня ты сказала?
– однако, насторожило парня другое.
– Я все еще синхронизирован с ее телом и вижу все, что видела она.
– Ты не Травка,- насторожился Глеб.
– Нет, сейчас я Гелий. Ваша подруга не может говорить, а девочка уснула слишком глубоко. И еще, совсем забыл, у меня для вас две плохие новости.
– Что еще?
– голос Лизы сорвался. Травка потянулась и погладила всхлипнувшую девушку по щеке.
– Если не запустите корабль, минуя мои цепи, придется остаться здесь.
– Думаешь мы этого не знаем?
– насупился Глеб, кое-как забираясь на покореженное кресло. Ему тоже сильно досталось.
– Этот иней и ветви часть обычного звездного пейзажа?
– ответил вопросом на вопрос Гелий.
– Ты ответь, ты здесь у нас единственный ученый,- покряхтев, Глеб попытался расчистить лобовой экран, но ничего не вышло.- Мы что, ослепли здесь? Даже внешние камеры отрубились. Рука капитана потянулась к резервному пульту управления, но толстая электрическая дуга прошила ладонь, прилетев от капсулы Гелия.
– Ты что творишь?!
– Не советую этого делать. Как только пройдет активация частиц, от корабля останется лишь горстка пыли.
Глеб поспешно отдернул руку.
Травка закашлялась, а потом ударила себя в грудь.






