Впервые за все эти насыщенные дни вспомнил Шестьсот семнадцатый и еще об одном человеке, который - особенно теперь, когда треснул защитный кокон его одиночества - имел все шансы перейти в разряд близких друзей. Если выживет. Если они оба выживут.
– Как там Дед?
– отстранившись, поинтересовался Шестьсот семнадцатый.
Шеллард отрицательно махнула головой. Выражение ее лица при этом не изменилось, оставшись все таким же грустным и несколько удивленным одновременно. Значит, никаких изменений. Ну да ладно, не стало хуже - уже хорошо.
Шестьсот семнадцатый отступил на шаг назад, однако физический контакт не прекратил. Его левая рука переместилась с талии женщины, пальцы сжали ее плечо, спрятанное под плотной тканью делового костюма.
– Я возвращаюсь туда, и мне нужен еще один укол транквилизатора...
Шеллар, уже открывшая было рот для возражения, лишь сердито сверкнула глазами. Затем хлопнула-таки ладонью, но уже по его руке. Пальцы ее при этом были горячими и едва заметно тряслись.
***
Перед входом в Таркит Шестьсот семнадцатый наскоро провел все приготовления. Флешка с программой от Глазастого была установлена во внутренний порт капсулы, усилитель связи между аватаром и оператором нашел свое место в коммуникационном блоке, у передатчика. Уже войдя в сеть, парень скачал с почтового ящика
данные от Сида, и в запечатанном капсульфайле отправил их себе на игровой аккаунт, надеясь выкроить время где-нибудь на привале, чтобы внимательнее с ними ознакомиться. О том, что Богиня сможет взломать капусль, он не волновался. Еще задолго до этих событий Шестьсот семнадцатый придумал собственную систему защиты данных, основным элементом которой было самоуничтожение всего файла в случае любой попытки взлома или несанкционированного перехвата. Его почти параноидальная страсть к перестраховке, заставившая даже собственное жилье оборудовать тайниками и скрытыми ловушками, наконец-то пришлась кстати.
Вход в Игру не обошелся без приключений. Загрузочное окно сменилось уже знакомым пейзажем промежуточной локации, широкого поля с высокими травами. Шестьсот семнадцатый кинулся к полупрозрачному экрану с изображением его игрового аватара, стараясь минимизировать время своего пребывания в личной вотчине потенциального врага, но не успел. Между ним и целью из воздуха материализовался знакомый темный силуэт, выглядевший сейчас словно классический призрак - полупрозрачный и явно недовольный своей участью.
Черные длинные волосы ниспадали вниз, сливаясь очертаниями с темным бесформенным нарядом. На их фоне светлое лицо казалось болезненно, даже мертвенно бледным, а темные глаза и насыщенно алые губы - противоестественно четкими, будто нарисованными поверх.






