— Не смей больше прикасаться ко мне. Не смей нести меня. Ты теперь для меня просто незнакомец. — Она идет вперед и поднимает трость, тыча меня прямо в грудь. — Я была с тобой настоящей. Уязвимой. Позволила тебе увидеть каждую уродливую часть меня, и я ничего не просила, лишь то же самое взамен. Просто немного гребаной честности. А ты не смог даже этого. Я совершенно не знаю тебя... никогда не знала. Так все и останется.
Я не могу дышать. Картинка становится размытой по краям. Похоже на паническую атаку, галлюцинацию, воспоминание, но все это реально. Это мой мир, разлетающийся на куски, мое сердце среди обломков.
— Я иду в машину, — говорит она, доходя до края холма. — И ты отвезешь меня в отель. А затем я сяду на ближайший самолет отсюда.
— Джессика, — кричу я, задыхаясь на ее имени. — Пожалуйста. Я отвезу нас домой в Эдинбург.
Она ничего не отвечает, и я смотрю, как ее рыжая голова исчезает за краем холма.
У меня перехватывает дыхание, пока я пытаюсь не слететь
с катушек. Во время тренировок, во всех боях и сражениях, я никогда не был настолько потрясен. Никогда не чувствовал, что потерял абсолютно все, потому что, для начала, у меня никогда ничего и не было.
Но она была моей. Несколько недель она принадлежала мне.
Внезапно визг Джессики слышится в воздухе.
Я подбегаю к краю и вижу, как она скатывается последние несколько футов и падает на траву.
В несколько прыжков спускаюсь с холма и через несколько секунд оказываюсь рядом с ней. Несколько людей идут от близлежащего каменного круга, чтобы посмотреть, могут ли они помочь.
Джессика пытается сесть, но она рыдает, слезы текут по лицу, всхлипы вырываются из ее горла.
— Джессика, — мягко говорю я, кладя руку ей на затылок. — Тебе больно? Позволь помочь...
— Убирайся от меня! — кричит она, отталкивая меня, и я почти падаю назад. Быстрее, чем я видел до этого, она вскакивает на ноги, глядя на меня с ненавистью, пока продолжает плакать.
— Пожалуйста, — умоляю я, понимая, что люди наблюдают за происходящим между нами. Я пытаюсь схватить ее за руку, но она резко поворачивается и ударяет тростью по моему плечу.
— Отвали! — кричит она. Я никогда раньше не видел ее такой злой, словно все ее годы боли наконец выходят наружу.
— Проблемы? — спрашивает какой-то ублюдок, подходя такой развязной походкой, словно собирается сделать это своей проблемой.
Смотрю на него.
— Тебе лучше держаться подальше, приятель.
Недоумок смотрит на Джессику.
—
Это парень надоедает вам?
Да вы, бл*дь, серьезно?
Она смотрит на меня так, словно хочет плюнуть мне в лицо.
— Я едва знаю его, — говорит она ему, вытирая слезы тыльной стороной руки. Она смотрит на парня, настоящего незнакомца. — Мне нужно добраться до гостиницы «Флодигарри».
— Ой, да ладно! — кричу я. — Джессика, не будь чертовой идиоткой.






