Что ты достаточно сильная и можешь разобраться со всем самостоятельно. Надо взглянуть правде в глаза и исправить все, даже если это больно.
Она наливает себе стакан, а затем наполняет мой.
— И ты должна позвонить Кейру и подарить ему свое прощение. Мужчина заслуживает этого.
Я протестую.
— Я злюсь не на то, что он думает, он сделал. Я злюсь из-за того, что он обманывал.
— Но разве ты не понимаешь, почему он обманывал? Не из-за злого умысла, Джесс. Он солгал, потому что любит тебя.
Нерешительно
смотрю на неё.
— Он тебе это сказал?
— Нет. Как я уже говорила, он сказал, что ты особенная. Но я узнаю особенное по тому, как парень говорит. Он влюблен в тебя. Черт, я знала это в тот день, в больнице, когда тебе снимали гипс. Он не мог отвести от тебя взгляд. Смотрел на тебя так, словно однажды собирается жениться на тебе.
Ой.
Боже, это чертовски ранит.
— Он полюбил меня из чувства вины, — слова выходят вместе со всеми моими страхами.
— Так вот как ты меня любишь? — спрашивает она. — Из чувства вины?
— Нет, — ахаю я. — Конечно же, нет.
— А почему тогда у него должно быть иначе? — Она встает. — Мне лучше пойти к Ли. Если я не посмотрю с ним этот проклятый марафон «Еще по одной», он съест все чипсы.
Она начинает идти к двери и оглядывается на меня через плечо.
— С тобой все будет хорошо, ты ведь знаешь? Просто... впусти его. Снова. Иногда что-то нужно сделать дважды, прежде чем оно окончательно устроится. Но только впусти его.
Кристина закрывает за собой
дверь, и я остаюсь с бутылкой виски и горой слов.
Глава 19
Кейр
Мне стоит позвонить ей.
Я говорю это себе по несколько раз на дню.
Надо позвонить ей и дать знать, что я здесь.
Но, как и раньше, не делаю этого.
Потому что слишком боюсь. И, как и все опасения, с которыми я сталкивался раньше, конкретно это берет надо мной верх.
После того, как Джессика ушла, я был сам не свой. Боялся за нее. Я никогда не видел ее такой злой, и знаю, что предал ее. Приехав обратно в отель и обнаружив, что она уже ушла, я забеспокоился (пребывая в отчаянии, я случайно выбрал длинную дорогу до отеля). Я переживал, что она покинула Скай на автобусе и пыталась попасть на самолет. Волновался, когда позвонил Кристине, чтобы узнать, слышала ли она что-то от сестры.
Я все еще беспокоюсь. Не так сильно о благополучии Джессики, потому что знаю, что теперь, когда она вернулась сюда, к семье, с ней все будет хорошо. Я переживаю о том, что ранил ее настолько сильно, что она больше никогда не сможет доверять мне.
А значит, я все ещё не теряю надежды.
Даже если это кажется бесполезным.
Единственное
хорошее во всем этом то, что Брик связался мной, и на неделе мы переписывались. Он живет в Абердине, и в ноябре я планировал приехать к ним в гости. Будет неплохо поговорить с кем-то, кто понимает. Кто был со мной там.






