Я устраиваюсь с здоровой стороны, если это вообще можно так назвать, осторожно прижимаясь своим телом к её.
— Поговори со мной, — умоляет Лейла. — Скажи, что всё будет в порядке.
Зная, что это всё равно нужно будет обсудить, я решаю сорвать пластырь одним махом. Возможно, сейчас не самое подходящее время. Дьявол, да никогда подходящее время и не наступит.
— Чего ты боишься, детка? Расскажи мне.
Касаюсь губами мочки её ушка.
— Я потеряла её, — прошептала Лейла, сжимая переднюю часть моей футболки в своём маленьком кулачке. — Я всё делала правильно, Круз. Но у меня начались преждевременные роды. Врачи попытались остановить их, но не смогли. Я должна была тужиться. А несколько часов спустя доктор сказал, что больше не слышит её сердцебиение. Это был ад. Я должна была продолжать тужиться. А после я часами держала её крошечное тельце в своих руках, не желая отпускать.
Сглотнув, я понимаю, что не в силах подобрать слова, потому лишь крепче прижимаю
девушку к себе.
— Что, если это произойдёт вновь? — Задаёт она мучивший её вопрос.
— Не могу сказать, что этого не случится. — Зажмурившись, я чувствую силу каждого произнесённого слова. — Но в чём я уверен, так это в том, что всегда буду рядом. На каждом шагу. Я никогда не оставлю тебя, Лейла. Ты застряла со мной.
— Обещаешь? — Спрашивает девушка. Её голос наполнен эмоциями.
— Обещаю. Ничто не встанет между мной и нашей семьёй — ни бои, ни даже зал.
Лейла поднимает голову.
— Ты разрушил сегодня всё.
— Нет. — Ухмыльнувшись, я легонько щёлкаю её по подбородку. — Сегодня я завоевал мир — и он лучше, чем любой титул.
— Я люблю тебя, Круз.
— Mi amora.
Лейла на короткий миг касается своими губами моих, прежде чем вновь положить голову на подушку. Её глаза закрываются, а дыхание выравнивается. Если девушка считала, что я тяжело тренировался в зале
и был увлечён поединками — тогда она даже понятия не имеет, насколько я полон решимости вернуть её к жизни.
Mi amora — исп.: «Любимая».
С тех пор, как ревность и злость Эша проявили себя, прошло почти два с половиной года. Мне казалось, я умру. Но судьба предоставила иной исход — тот день стал началом моей новой жизни. Жизни, которую я навряд ли когда-то могла представить для себя.
— И где его носит? — Спросил Papi, приближаясь ко мне, перекинув свой спортивный костюм через плечо.
Глупо улыбаясь, я указываю в сторону, наблюдая за тем, как Круз, с нашей дочерью на плечах, носится по терминалу, перепрыгивая и уворачиваясь от потоков горячей лавы.
С каждым его прыжком, малышка ахала и взвизгивала. Своими неуклюжими пухлыми пальчиками девочка указывала на опасность. Белла прочно держит Круза в её маленьком кулачке. Она добилась этого ещё в свой первый день, с криком появившись на этот свет.
— Никогда не видел его настолько увлечённым.






