— Потому что не можем.
Мы погубим друг друга. И ты не выдержишь меня во второй раз. Не так.
— Откуда ты знаешь?
— Просто знаю. Ты — огонь. Я — бензин. Мы сожжем все дотла, прежде чем у нас появится шанс.
— Значит, ты думал об этом, — говорю я.
— Думал о чем?
— О том, чтобы дать мне еще один шанс.
— Этого не произойдет, Айла. Это я могу тебе пообещать, — настаивает он, его голос суровый и уверенный.
— Тогда почему ответил на звонок?
Он колеблется.
— Ретт, — произношу я его имя, отчаянно нуждаясь в ответе.
Я слышу, как он выдыхает.
А затем вешает трубку.
Глава 41
Ретт
Никогда не придавал большого значения таким вещам, как судьба или рок, но, сегодня в Сиэтле, когда увидел доску с объявлением возле книжного магазина, пересмотрел свои взгляды.
Только сегодня!!! Автор бестселлеров по версии «Нью-Йорк Таймс» Айла Колдуэлл с 19:00 до 21:00!!!
Итак,
я здесь, стою в самом конце книжного магазина, так как свободными оказались лишь стоячие места, ожидая, когда Айла выйдет на сцену. Помещение наполнено энергией, а читатели вокруг меня — девяносто восемь процентов это женщины — бурно что-то обсуждают. Все они сжимают книги в твердом переплете, на которых написано имя Айлы.
По кругу передают коробку, блокнот и карандаш, и люди пишут вопросы для Айлы. Женщина, ведущая шоу, не гарантирует, что Айла успеет ответить на все, но обещает, что та постарается ответить на большинство из них.
Коробка почти минует меня, но я протягиваю руку. Женщина, передающая ее, извиняется, заявив, что предположила, что я здесь не по своей воле, а со своей девушкой.
Я вырываю из блокнота листок бумаги, записываю свой вопрос, складываю его пополам и бросаю в коробку.
Через пять минут свет гаснет, и женщина, ведущая данное мероприятие, приводит Айлу. Гам женских голосов стихает. Они все в восторге, взгляды приковываются к ней, когда она выходит на сцену. Несколько женщин, которые, вероятно, стояли в очереди с самого утра, расположились возле сцены, а я в самом конце, у стены, сильно затеняемой несколькими дюжинами непоседливых женщин. Айла не сможет увидеть меня.
— Всем привет, — говорит она, нервно кивая. Ее щеки слегка покраснели. Ненавижу публичные выступления. — Спасибо, что пришли сегодня.
— Айла, мы тебя любим! — кричит женщина рядом со мной. Еще одна рядом с ней свистит, вставив два пальца в рот. Айла прищуривается и смотрит в ее сторону.
Боже, дамочки, заткнитесь.
Не хочу, чтобы она меня увидела.
Не хочу, чтобы знала, что я здесь. Не сейчас.
Она начинает с чтения отрывка из своей книги «Жестокое сердце». Не представляю, о чем идет речь, наверное, о какой-то истории любви. Я не обращаю внимания на слова. Только на нее.






