Просто подстроилась под ритм Буйного и наслаждалась новыми эмоциями. Вот это да. Никогда не думала, что заниматься сексом — это будто оказаться в раю. Я не заметила, как начала стонать. Нет, кричать. И царапать его мускулистую спину ногтями, надеясь получить желанный взрыв. Его член пульсировал во мне, задевал самые чувствительные зоны моего тела. Мой любимый доводил меня до точки невозврата. Как петарда, я разорвалась на тысячи мелких частиц. А Макс — одновременно со мной.
Наверное, наши вопли слышал весь город. Поэтому мужчина заглушил мои оры жесткими поцелуями. Уставшие, мы провалились в крепкий беззаботный сон.
Нам следует хорошенько выспаться, набраться сил, успокоиться. Завтра нас ожидает непростой день. Я надеюсь, мой чемпион не будет меня сильно ругать. Надеюсь, он сбросил свой пыл и направил его в нужное русло.
Сегодня он сделал меня своей. Сегодня я впервые почувствовала себя женщиной. Красивой, любимой, желанной. Не оскверненной грязной тряпкой, над которой издевались и которую рвали все те утырки, которые, к счастью, сейчас стёрты с лица земли, а истинной королевой. Лишь благодаря ЕМУ одному.
Я готова повторять этот «акт присвоения» хоть каждый день. По несколько раз на день. Ибо, чё-ё-ёрт! Как я же дико ошибалась. Как жила без Макса все свои двадцать три?
Люблю его. Неимоверно. Боженька, спасибо за это чудо, что ты мне послал, как спасение в вечной пучине тьмы. Я буду чтить его и наслаждаться им до самого последнего своего вздоха.
***
— Ну что, детка, готова?
Глубокий выдох, и я кивнула:
— Да.
— Звони.
Нажала на кнопку вызова, прислушалась к гудкам. Считала их в уме и нервно перебирала пальцами
край футболки.
— Алло, — прозвучал прохладный и очень приятный мужской голос.
— Здравствуйте.
— Здравствуй.
— Это Д-Давид?
— Верно.
— Я по поводу объявления. Вы ведь дом продаёте? Можно приехать посмотреть?
— Когда?
— Через час.
Посмотрела на Макса, он весь позеленел, затем ухом прижался к телефону вместе со мной, когда услышал голос собеседника в смартфоне. Он нервничал. Кажется, тот мужчина на проводе действительно его названый брат, с которым они не виделись четыре с половиной года. Даже больше. А расстались в суде, когда их избили и «расфасовали» по разным клеткам в колониях строгого режима.
— Хорошо. Приезжайте. Ждем вас.
И абонент отключился.
— Ну? — вернула Максу телефон. — Он? Его голос?
— Он, — любимый растерян и одновременно взвинчен. — Поверить не могу. Он жив. Странно, что Давид не пытался меня вытащить из клетки всё это время.
— А вдруг пытался, но ты не знаешь? Вдруг ему сказали, что ты умер?
— Верно. Скорей всего, так и есть, — с грустью выдохнул Макс, взял меня за руку и крепко сжал. — Поехали, малыш. Прокатимся. Точнее ты поедешь, а мне нельзя.
Максим вызвал такси к парадным дверям отеля.






