Такое чувство, что я каким-то образом нахожусь здесь для неё.
Также я узнал, что она любит фрукты и овощи, а вот мясо не очень. Она так сильно открылась мне, и это странно, ведь за неделю я узнал о ней больше, чем за три месяца, проведённых в конспиративном доме.
Я связался с Камденом и Карсоном. Карсон
сказал, у него есть друг, который может помочь, но я не особо в этом уверен. После Михаила я никому не доверяю. Мой радар доверия, очевидно, нагнулся.
Я не могу тянуть больше. Нужно сказать ей.
Мать твою, это отстой. С тех пор как мама умерла, я не беспокоился о ком-либо, отправляясь на задание. Раньше я просто паковал своё барахло и шёл, куда бы ни занесла меня работа. Но теперь мне нужно думать о Райли. Я больше не могу быть эгоистом, но к этому ещё нужно привыкнуть.
Я разворачиваюсь на своей стороне кровати и позволяю руке скользить по её талии.
Перед тем, как скажу ей, есть кое-что, что я хочу знать.
— Как ты поняла, что нельзя доверять Майку? — это единственное, что я хочу знать. Райли поняла всё, ещё до того, как кто-либо из нас заподозрил что-то неладное с ним.
Она поднимает ко мне лицо, положив свою руку на мою.
— Его глаза… Они были такими же, как у того мужчины на складе.
Я опираюсь на локоть и смотрю на неё.
— Что ты имеешь в виду?
Она подносит руку к моему лицу и проводит пальцем от уголка глаза к уголку губ. Она часто так делает.
— Его улыбка никогда не касалась глаз — они были мёртвыми. А мёртвые люди опасны, потому что им нечего терять, — её слова сбивают с толку. Она увидела это по одному лишь взгляду?
— И что же ты видишь в моих?
Она наклоняет голову к моей руке и шепчет:
— Море боли, — Райли поднимается на локтях, целуя мой подбородок. — Я знаю, что время не исцелит тебя, Гриффин, но острота боли притупится со временем. Важнее всего, что ты жив.
Ты не можешь сдаться. Пока ты продолжаешь внутреннюю борьбу, надежда есть.
Я сдвигаю голову так, чтобы мой рот оказался прямо на её. Я люблю ощущать её дыхание на своих губах. Это становится зависимостью, без которой я вскоре не смогу жить.
— Осторожней, женщина. С такими словечками ты сможешь украсть моё сердце. Что же я буду без него делать?
Она оставляет на моих губах нежный поцелуй, её глаза, как два колодца тепла, когда она шепчет:
— Я просто отдам тебе своё, и тебе не придётся жить без него.
Она может разломать меня и собрать заново одними только словами.
***
Я ворочался без сна всю ночь.
Я рассказал Райли, что ухожу на задание миллион раз… мысленно, конечно же.
Не важно, сколько раз я прокручивал слова в голове, ни разу они не звучали правильно. Ещё никогда и ни о ком я не переживал так сильно. Это собственническое чувство, желание укрыть её от целого мира.
После всего, что произошло за последние месяцы, я боюсь, что это может быть слишком сложно для неё,
чтобы выдержать.






