– Не нужно мне ничего от тебя!
– Не надо ломаться, ты ведь не скромница! – гоготал чужеземец, упираясь руками в бока. Насмеявшись вдоволь, вытер кулаком глаза и вышел из комнатенки,
заперев дверь.
«Ло никогда, никогда не сможет простить меня!
– от осознания, что потеряла его, подкосились ноги.
– Долон ведь был против работы в трактире, предупреждал, а я хотела утереть ему нос. А нос утерли мне и дали по губам, чтобы не раскатывала!»
Томка с последней надеждой метнулась к небольшому окну, в который бы с трудом, но пролезла, однако корабль плыл под парусами, и на горизонте не было видно земли.
Глава 20
Томка безудержно рыдала от бессилия, молила Богов о чуде, однако что могло спасти ее? Если только Долон каким-то чудом приплыл бы и всех раскидал? Ради такого Тамара отдала бы полжизни, но текли мгновения, и все шло своим чередом.
От мыслей, что сама разрушила счастье, потеряла самого дорогого человека, которого ждала всю жизнь, сжималось сердце. Хотелось уснуть и проснуться потом, когда боль утихнет, и душа перестанет болеть. Прижавшись головой к деревянной обшивке, она смотрела на волны, по которым скользило судно, уносящие ее в дальние края, и завидовала божьим тварям, имевшим крылья или плавники.
«Была бы птицей, взмыла ввысь! И только меня и видели!» - но это были только мечты.
С палубы доносился оглушительный, непристойный гогот моряков, снующих быстро и ловко. Команда торжествовала и готовилась праздновать победу, пусть непристойную, подлую, но они отомстили сполна.
«Если пригрозить местью Ордена? Сказать, что Ло этого так не оставит?» - она не собиралась сдаваться, все еще надеясь на спасение, но тревожный, надрывный крик чайки трепал и без того натянутые нервы и не давал поглощенной потрясением и горем
Томке сосредоточиться.
«Чтоб тебя…! – выпалила она и осеклась, - Чайка!? Предвестница земли! Откуда?» - догадка, что птицы летают у побережья, пронзила сознание молнией. Целая картина сложилась тот час.
«Он говорил, что отплыли недавно! Солнце еще не сместилось, и, выходит, берега не видно, потому что оно с другого борта?!
– стоя среди каюты, непонятно где, неизвестно куда плывущая, Тамара ухватилась за спасительную мысль. Однако тут же страх и сомнения сковали тело.
– Оказаться одной в океане, где акулы, всякие твари, пираты!»
Она замерла, осознавая, что это безрассудство, авантюра, однако единственный шанс, отказавшись использовать который, будет жалеть и корить себя всю оставшуюся жизнь.
«Но я могу утонуть!» - руки дрожали, но Тома запретила себе думать.
– Нет времени! Он скоро вернется!»
Подперев стулом дверь, быстро скинула длинное платье, опустошила бурдюк с вином, лежавший у ложа, надула его, перевязала и подошла к окну.
– Подавись своими монетами.






