— Не оказаться бы мне на как там его? Совете
Праведных? А то будут с пристрастием расспрашивать обо всех связях.
— Будет вам печалиться, леди Кризель, — улыбнулся мужчина, морща конопатый, изящный нос. — Если Всевидящий перенес вас сюда — то уж точно не для общения с праведниками. Давайте, я сделаю вам что-нибудь приятное?
— Че?! — вырвалось у меня от возмущения.
— Не знаю, что вы подумали, но я хотел хоть как-то загладить свою вину. Повернитесь спиной.
Он встал позади и принялся делать пасы над моей головой. Кожа зачесалась. Я не выдержала, протянула руки — и обмерла, потому что волосы стали длиннее!
— На сегодня хватит, завтра продолжим. Обещаю, вскоре у вас будут красивые темные волосы на зависть всем.
Мачеха влиянием Меркраса на меня осталась весьма довольна, а я вообще радовалась каждой встрече с ним, потому что только с магом могла быть собой. Изображать непонятную леди Кризель оказалось невероятно сложно, и как бы ни пыталась походить на нее — выходило из рук вон плохо.
Когда Аурила увидела мои новые волосы — густые, длинные,
шелковистые, обрадовалась и совершенно бесцеремонно указала на мою грудь. — А с этим безобразием можно что-то сделать?
— Нет! — как-то странно и поспешно ответил маг, и я поняла, что может — но не хочет. И я тоже была против! Пусть только попробуют!
Забегая вперед, скажу, что до отъезда у нас было почти две седмицы или по-нашему недели. Но уже через несколько дней мачеха сдалась, осознав, что если даже меня совсем не кормить — кости не усохнут. Поэтому, скрепя сердце, достала из сундука отрезы, усадила швею с помощницами, и мне начали шить аж шесть новых платьев.
Как только сводная сестрица узнала, что мне шьют новые наряды, а ей — родной дочери — ни одного, расплакалась, закатила истерику и отказалась спускаться к обеду и ужину. Чему я только обрадовалась. Августе было не больше пятнадцати, но язык у нее был бойкий и колкий, как у маменьки. Поэтому при виде ее покрасневших глаз настроение поднималось у меня.
Жили мы в скромном поместье, недалеко от провинциального городка, и пока что меня удавалось скрывать от соседей. Слуги же хранили молчание, опасаясь, что болтливость им аукнется. А я с отчаянием ждала, когда за мною пришлют карету.
Если бы было больше время на подготовку — так бы не переживала.
Пусть выбор принца падет не на меня — переживу, но не хотелось опростоволоситься и попасть в конфуз. Однако Меркрас утешил, что кроме меня на отбор поедет еще несколько обедневших дворянок, по сравнению с которыми я нахожусь в выигрышном положении. Также поведал, что такие отборы — огромная редкость. И этот случился совершенно случайно.






