Милесента как могла помогала мне, так чтобы было незаметно, довела меня до входной двери в трактир и шепотом велела:
— Соберись, нужно чтобы ты сама вышла на улицу, там, прямо возле входа, моя повозка, сядешь со мной на облучок, постарайся продержаться.
Чего мне все это стоило, не рассказать, но я без подсказок травницы прекрасно понимала, что нужно уйти как можно быстрее и не привлекать лишнего внимания. Через столетия, как мне казалось, мы наконец выехали за околицу и тут силы оставили меня и я навзничь повалилась на повозку.
Милесента накрыла меня пологом из холстины и свернула на едва заметную тропинку в сторону от дороги.
Ночевали мы с ней на полянке, на опушке леса, к тому времени я уже пришла в себя настолько, что смогла сама перебраться на постель, которую Милесента соорудила из веток странного дерева, напоминающего нашу елку. Всю дорогу я старательно вспоминала жизнь Ласки и выяснила, что в ее жизни была какая- то тайна. Они с ее матерью словно прятались от кого- то, забравшись в самую глушь страны. Ни друзей, ни родственников, Ласка совсем не помнила своего отца, либо его у нее, вообще не было. И когда мама Ласки умерла, то ее тут же отправили с обозом, везущим оброк в замок лорда Саэреса, чтобы не обременять себя сиротой.
Кто были родители Ласки? Ответа на этот вопрос в моей памяти не было, но мама моей предшественницы была образована, умела читать и писать и втихомолку обучила свою дочь, так же учила ее этикету, пению и Ласка умела играть на эстане (память подсказала мне, что это что- то похожее на гитару в нашем мире). В замке лорда девочка, естественно, не показывала своих умений, да и как, она выполняла самую грязную работу, пока
не стала постельной грелкой, и по совместительству, Истинной хозяина, правда это мало ей принесло хорошего, разве что, ее перевели в личные горничные хозяина. То, как лорд обращался с бедной девочкой, заставляло мое сердце сжиматься, столько унижений, побоев, насилия пришлось ей перенести и главное ни у лорда, ни у девочки не было никаких теплых чувств к друг другу, даже влечения и того не было, что меня порядком изумило, ну, ладно девочка, все-таки в пятнадцать лет подвергнуться такому. Но, обычно, в книжках про драконов, всегда, утверждалось, что Истинная — это все для дракона, его любимая, его единственная, его свет и жизнь, а тут. совсем наоборот. Лорд ненавидел и стыдился того, что грязная оборвашка- его Истинная. Это вопрос нужно было уточнить, что у них тут происходит и почему оно так. Чем я и собиралась заняться сразу же, как только приду в себя, а так же, найти источники информации про этот мир, хорошо бы и учителя какого- нибудь подыскать, но, тут уж, как выйдет. Хорошо, что я с самого начала понимала здешнюю речь, надеюсь, и умение читать, и писать, тоже никуда не делось.






